Живой ты не вернешься

Наведываться к нему домой будет подозрительно.

Компания в таверне собралась большая и шумная, вся за одним столом. Точнее, за несколькими сдвинутыми. Одинокие посетители были, но на молодого мага не тянул никто. Я не спешила подсаживаться туда, где наверняка был и Аарон. Посидела в грустной задумчивости одна, пока сами не позвали. За столом и познакомилась с ним – вторым гарнизонным целителем, смазливым на физиономию и небывало собранным для того, кто пришел залиться элем. Да и не шибко он заливался, сидел с единственной кружкой и гипнотизировал ее, будто тренировал силу воли.

Я цедила по глотку вино и закидывала его через стол вопросами о северной Академии, которую он пять лет назад окончил. Не забывала стрелять глазками и жеманно поправлять воротник платья. Аарон предсказуемо уселся ко мне ближе, не догадываясь, что София с компанией знающих дев его забраковали, как раз из-за пристрастия к выпивке. Собственно, за пьяный безобразный дебош он в крепость и загремел.

Пока мы с ним сравнивали различия в обучении магов на юге и севере, а я стойко делала вид, что витающего вокруг перегара не существует, в его кружке осела щепотка зелья из другого пакетика. Переживая, что допивать Аарон не станет, я подняла свой бокал и, эффектно опустив ресницы, произнесла:

– Ну что, за знакомство?

Он, конечно, не отказал, и как приличный человек осушил по такому поводу кружку до дна. Я то же самое проделывать не рискнула – невинно закашлялась, мол, вино слишком крепкое.

Поболтала с ним еще немного, чтобы не вызывать подозрения внезапным уходом, и лишь за полночь спохватилась, что Цецилия станет обо мне беспокоиться.

На крыльце ее дома я достала из кармана склянку, откупорила. Выпущенные в воздух пары вскоре вызвали реакцию: из-за темного угла раздалось бешеное: «Мяу». Кот выскочил с безумными глазами и потерся о мою ногу. Я ласково отодвинула его, спрятала склянку и быстро вошла в дом, закрыв перед кошачьей мордой дверь.

Цецилия не беспокоилась – рвала и метала из-за моего позднего возвращения и того, в каких злачных местах я пропадала. Унюхала, что немудрено. И куда только ее скупость на слова делась? Теперь силу воли тренировала я, глядя в пол и пристыженно вздыхая. Ссориться с ней сейчас нельзя, следующим пунктом значилось другое.

Высказав мне все, что она думает, Цецилия удалилась к себе в спальню, а я юркнула в подсобку с травами.