Убить Первого. Том 1.

— Будь очень осторожен, — сказал Алан, когда все остальные ушли в столовую и они остались вдвоём на площадке.

— В чем? — не понял его Эдван. Крайне серьёзное выражение лица друга его насторожило.

— Во всём, — коротко ответил блондин и, закусив губу так, будто ему приходилось переступать через себя, продолжил: — Ты слышал их разговоры. Зависть... может толкнуть на ужасные вещи. Даже в академии.

— Зависть?! — глаза Эдвана расширились от удивления. — Мне? Да… — он оборвался, не в силах подобрать слова, — да… да у вас же всё есть! Дом, семья… — перечислял он с дрожью в голосе…

— А ещё у них есть гордость и огромное самомнение, — резко оборвал его Алан на полуслове, — каждый в этой группе считает себя выше любого представителя маленьких кланов, не то что простолюдина.

Они будущие члены Когтя и офицеры гарнизона. С зелёным сосудом. А ты мало того, что простолюдин с желтым, так ещё и без задней мысли втаптываешь их таланты в землю…

— Но ведь Лиза тоже…

— Лиза, — фыркнул Алан, — ты забыл, из какой она семьи? Это естественно!

— Я не понимаю, — сказал Эдван, — но постараюсь быть осторожнее… в чём бы то ни было.

— Не ввязывайся в перепалки, даже если очень захочется ответить. Лучше смолчать, но… но быть в порядке. И… крепо запирай дверь ночью, — тихо сказал Алан. Его рука при этом непроизвольно потянулась к груди.

— Я постараюсь… — пробормотал Эдван, — обещаю.

Алан улыбнулся и больше не поднимал эту тему, а Эдван не стал расспрашивать дальше. Предостережения друга он воспринял довольно серьёзно, хоть и не знал, какая опасность может ему грозить внутри стен академии.

Не будут же его убивать здесь, верно? К тому же… ни с кем, кроме своих друзей из группы, он так и не познакомился, да и общаться с теми, кто смотрит на него так, словно он вылез из выгребной ямы, желания не возникало. Ещё немного поразмыслив над словами друга, он предложил Алану пройтись до столовой, но тот впервые за две недели отказался. Идти туда в одиночку Эдвану не хотелось, поэтому парни остались на площадке, в ожидании второго гонга.

По окончании перерыва мастер Ганн устроил своим подопечным коротенькую медитацию и целый час непрерывных физических упражнений, в этот раз без бега, после которого на ногах вновь остались только Лиза и Эдван, но вот их состояние было… мягко говоря, немного пугающим. Оба дрожали, как тростинки на ветру, и дышали так тяжело и хрипло, что, казалось, ещё чуть-чуть — и выплюнут лёгкие.