Сэр Бэзил. Задача - умереть

Мы не замечаем этого в повседневной жизни — как информация в буквальном смысле окружает нас повсюду, преследует на каждом шагу. Даже если не пользоваться Интернетом, отключить телевизор и не читать книг — все равно останутся вывески, реклама, этикетки товаров, указатели, дорожные знаки... Ничего такого в этом мире не было. День за днем мы шли по лесам и полям, проходили небольшие поселения, где самым интересным оказывалась витрина лавки или ярмарочные украшения. Конечно, у меня был почти неиссякаемый источник информации в виде Гугла — но его монотонный голос навевал тоску, а рассказы не были столь занимательными, чтобы отвлечь меня от мыслей о родном мире.

Я мечтал вернуться домой — и разговаривать, смотреть, слушать. Отдельной болью было отсутствие музыки — я привык жить с ней почти постоянно, мой плейлист насчитывал тысячи избранных песен. Конечно, я мог многие из них напеть — но это было лишь бледным подобием звучания, к которому я привык, и очевидная разница только усиливала тоску.

Что имеем, не храним, потерявши, плачем — кажется так, звучит пословица? А, и еще одна есть — там хорошо, где нас нет.

 East or west, home is best[4]... Я вспоминал все новые и новые идиомы, суть которых сводилась к одному — мы зависимы от привычного. И, если привычное отнять, страдаем без этого, даже если раньше не придавали ему никакого значения.

У меня отняли слишком многое.

Конечно, и дали взамен немало — но постепенно радости жизни в новом теле и новом мире стали приедаться.

Я был непобедимым героем — но из-за этого каждая победа стала восприниматься, как должное. Я был неотразим — но доступные, всегда готовые девушки уже не манили, как раньше. Мир вокруг был новым и неизведанным — но при этом настолько однообразным и шаблонным, что ничто уже не могло меня удивить.

Дорога, нападение, драка, трактир, секс, дорога...

Пора было положить этому конец.

***

Я стоял на краю обрыва в одной рубахе и подштанниках, а Гугл скептически заглядывал вниз.

— Разобьетесь, — уверенно констатировал он.

— Очень надеюсь, — пробормотал я. Стоять на самом краю было страшно — хотя умом я и понимал, что смерть принесет мне лишь пробуждение, решиться сделать последний шаг все равно оказалось нелегко.

Гугл подозрительно глянул на меня.

— Вы меня пугаете, сэр Бэзил. Вы действительно хотите умереть?

— Очень, — искренне ответил я. Гугл ненадолго задумался.

— Если вы умрете, я не смогу найти шлем для героя, — заявил он. Я вздохнул.