Приговоренный к забвению

— Там нет никого, — предположил Тано.

— У нас сегодня все умные, да?! — огрызнулся на него Вигге, спешиваясь. — Ждите тут.

Он бросил тень на ту сторону — но неудачно. Со второй попытки Лейфу удалось закрепить ее на краю широкого рва. Бросив еще одну себе под ноги, он шагнул в нее — и очутился на той стороне. Водный щит, брошенный сразу на всю группу, разделился надвое, став совсем тонким и прозрачным. Через пять минут тяжелый деревянный мост со скрипом перекинулся на другую сторону, гулко ударившись оземь.

— Тано, обнови водный щит, — приказал Вигге, вскочив в седло и подбирая поводья.

Щит накрыл всех единой полусферой, и теперь, на свету, было видно, что он похож на голубое стекло: прозрачное, без какого-либо свечения, искажающее лишь оттенок окружающих предметов, и то слегка.

— Погнали в пекло!..

Вигге въехал в Альбамонтис первым.

Миновав ворота, Рик увидел объятый пламенем храм. Небольшая соборная площадь, окруженная невысокими деревянными строениями, казалась окруженной огненным кольцом: дома трещали, прогоревшие стены время от времени с шумом обрушивались на грубую мостовую из плохо отесанных булыжников, испуская облака искр. Истошно лаяли собаки, где-то неподалеку выла и причитала женщина.

А на площади лежали останки погибших.

Сначала их даже не все заметили, не все поняли, черно-серые бруски и комья — на самом деле не обломки строений, а обгоревшие тела. А когда поняли — замедлились, принялись еще внимательнее озираться по сторонам.

Рика просто разрывало изнутри от их медлительности. Эти обуглившиеся тела кое-что ему напоминали. Правда, там все было гораздо страшнее и немного по-другому, и потому в его душе все еще оставалась надежда, что он ошибается.

Дорога от соборной площади шла через ремесленный квартал. Мастерские горели, старуха в перепачканной сажей сорочке рыдала над обожженным, спекшимся крошечным тельцем. А чуть дальше лежало бледное нетронутое тело мужчины.

Не слушая окриков Вигге, Рик спрыгнул с лошади и подошел к телу. И едва не застонал, увидев его вблизи...

Человеческими останками это было сложно назвать.