Приговоренный к забвению

Поток огня утих, и он бросился искать под ногами замену своему сломанному мечу. Позади уже разгоралась битва.

«А что, он сам заглушать нас не может?» — удивился Вальд.

— Нет, потому что, если ты не заметил, во мне почти нет магии! — уже вслух огрызнулся Рик, хватая найденное оружие.

«Твой соратник ранен,» — сообщил Вальд, и Рик услышал рычание Лейфа.

— Харрата...

И он ринулся туда, где за окровавленную руку держался Вигге, где влажно поблескивало свежим ожогом лицо Маги — ее щит, видимо, в конце концов все-таки лопнул, где Бруно и Селина плечом к плечу пытались рубануть врага по ногам.

..

От центральных ворот донесся гулкий цокот: кто-то въехал в город мимо того самого храма, где на шпилях висело жутковатое украшение Клыкастого. Раздался звучный женский голос:

— Удерживайте его магией! Всем отойти, только дальние атаки!

— Все назад! — проорал ничуть не удивившийся Вигге.

— Второй отряд «Белых плащей» пришел!

Вокруг демона обвилось кольцо света, обжигая ему кожу — кто-то из вновь прибывших наложил заклятье. Демон взвыл, задрав голову, пытаясь разорвать путы.

Все отступили назад. Мага наложила поверх колец света ледяную темницу, Бруно вырастил каменную стену...

Рик обернулся: на помощь Альбамонтису примчался еще один десяток воинов, семеро крепких мужчин и три рослые женщины.

Спешившись, одна из них прошла мимо Рика к тому месту, где Бруно взрыхлил почву для приземления.

Она единственная была без доспеха. Тонкие охотничьи брюки облегали стройные сильные ноги, кожаный жилет, одетый прямо на голое тело, открывал покрытые причудливой вязью рисунков руки. Светлые, почти белые волосы, собранные над лбом и на висках в косы, свободно струились по плечам. Должно быть, девушка была северянкой, или кто-то из ее предков родился на Льдистых островах.

Потому что лишь там, на родине, Рик видел такие волевые, гордые лица у женщин — и такие чистые, холодные голубые глаза.

Стащив короткие перчатки, она ковырнула ножом большой палец и растерла кровь по ладоням.

— Это Берта, их командир. Жуткая баба, — шепнул Рику Клыкастый. — Сейчас будет реально страшно.