Приговоренный к забвению

Девушка критическим взглядом окинула его с головы до ног: черные влажные волосы, подпорченное ссадинами, но все равно красивое лицо, гордая посадка головы, стройное молодое тело. Даже в холщовой рубахе и кожаных штанах с грубыми сапогами он выглядел привлекательным.

Блондинка подошла к нему, самоуверенно улыбаясь.

— А ты прехорошенький! Знаешь, я пожалуй готова...

— Бесстыдница! — донесся из-за полуоткрытой двери скрипучий старушечий голос.

Улыбка на мгновенье стерлась с лица девушки.

— Язык прикуси, карга! — злобно крикнула она в ответ. — Сидела бы в своем храме, кадильницы маслом смазывала! А мы тут и без твоего масла разберемся — да, миленький?

Девушка снова расцвела улыбкой, призывно откинула голову, показывая полную белую шею.

— Так вот, я могла бы поработать твоей горничной...

— Не нужно, — оборвал ее Рик, поворачивая обратно к той двери, из которой только что вышел.

— Ну чего убегаешь-то, глупенький? — захохотала блондинка ему вслед. — Что, красивой женщины испугался? Я не обижу, я буду ласковой!

Из открытых окон раздался дружный женский смех. Некоторые из работниц даже выглянули наружу, чтобы не пропустить чего интересного.

Рик только плечами пожал.

— Да я просто замыкающим в строю быть не люблю... — проворчал он.

От грянувшего хохота губы девушки сжались обиженной уточкой, по щекам разлился румянец. Фыркнув, она убежала на задний двор.

А Рик тем временем отыскал корыто, плеснул в него несколько ковшей воды — в Доме Доблести, где он обучался до четырнадцати лет, все воспитанники обслуживали себя сами, так что как белье стирать или пуговицу пришить он примерно помнил.

И тут его плеча легонько коснулась чья-то рука.

— Отойди-ка, мне сподручней будет.

Обернувшись, Рик увидел щуплую, уже немолодую женщину с орлиным профилем и наполовину седыми, наполовину черными длинными косами, связанными на затылке в тугой узел.

Пока он соображал, как к этому относиться, женщина уже ловко взбивала мыльную пену в корыте.

— Я прачкой работаю — целый день обстирываю молодых господ. Так неужто трудно еще одну пару одежи для земляка отмыть?.. Тебя как звать-то?..