Приговоренный к забвению

Спина, как ни странно, почти совсем не болела. Приподняв голову, он с трудом сфокусировал взгляд на лампе, стоявшей на столе — это помогло. Все вокруг себя он видел, как в тумане. Алонзо все еще лежал на полу. Он там хоть жив?.. Взглянув на себя в зеркало, Рик увидел лишь грязные разводы на светлой коже и шрам. Не клеймо, а неровный, рваный след между лопаток, будто полученный в бою с диким зверем.

И это тоже не удалось...

Поднявшись со стула, Рик покачнулся. Голова закружилась. Напрасно ухватившись за стул, он с грохотом упал вместе с ним на пол.

Полежав пару минут и собравшись с силами, Рик перекатился на бок и подполз к Алонзо.

И только теперь смог различить, что старик еле слышно, но размеренно дышит.

Облегченно вздохнув, Рик попытался его растолкать, но не получилось, и, умаявшись, он растянулся на полу рядом с магистром.

Как же холодно. У него начинали стучать зубы, мелкая дрожь била все тело.

«Рут! Эй, ты слышишь меня?»

Тишина...

Мир медленно раскачивался и плыл. Ныло и ломило все тело. И оно было настолько измученным, что вес руки или ноги казался запредельным, но Рик сел и вновь попытался потормошить магистра. На этот раз успешно: тот зашевелился и что-то забормотал, сначала невнятно, потом отчетливей.

— Святые силы, вы живы... Живы... Ужасно... Все так ужасно... Простите... Я не боевой маг, я не воин-маг, я просто ученый.

.. Я никогда не видел... таких ран... И не был их причиной... О боги, все болит... — лопотал магистр, с трудом поднимаясь на ноги. — Умоляю, покажите вашу рану! Я должен ее увидеть!..

Рик его не слушал. Он всматривался в странную золотистую дымку, которая вдруг начала окутывать все вокруг. Она становилась все гуще, и в некоторых местах ее плотные участки начинали напоминать сгустки лучей.

А потом раздался голос Рут. Он прозвучал так оглушительно громко, что Рик даже вздрогнул, услышав его.

«Братец, милый!» — звук ее взволнованного голоса прокатился внутри, как возглас в пещере. Странное, неразборчиво шепчущее эхо откликнулось на слова Рут и больно запульсировало в висках. Картинка перед глазами закачалась еще сильней.

Рик широко улыбнулся.