Вниз по течению - 1

Вызывают водолазов, они находят её бездыханное тело, поднимают. Похороны...

— Ты не первая, кто задаётся таким вопросом, — сказала англичанка.

— Но чтобы узнать это наверняка, нужно вернуться домой. А это ещё никому не удавалось, -раздался женский голос из темноты коридора. Мира поняла, что её камера здесь не единственная. Сколько же их — мокрозяв, которые должны кукрить?

— Никому не удавалось? — переспросила она дрогнувшим голосом. — Вы хотите сказать, что отсюда нельзя вырваться?

Её с головой накрыло отчаяние.

— Попробуй, может тебе удастся, — скривилась белобрысая.

Остальные промолчали. Мира вдруг заметила, что правые ладони окружавших её женщин перемотаны тряпицами, будто все они принадлежали к некой секте. Поднеся к глазам руку, Мира обнаружила, что и её ладонь перемотана. Кстати, та самая, которую она порезала, убегая от толпы. Оттянув тряпицу, Мира увидела короткий порез, пересекающий линии жизни и сердца, и образующий с ними треугольник. Кровь засохла, и в полумраке рана казалась чёрной.

Сжав и разжав руку, Мира почувствовала в месте пореза слабую боль. Ещё она заметила, что вместо джинсов и футболки на ней доходя до колен платье из грубой серой ткани, которое можно было скорее назвать рубищем. Мира вновь взглянула на перевязанную руку и спросила у англичанки, которая показалась ей самой доброй и понимающей из присутствующих:

— Что это? Почему у всех ладони перевязаны?

В лице женщины промелькнула растерянность.

— Они берут у нас кровь, когда мы кукрим.

— ответила за неё мексиканка.

Мира напрягла память, но не смогла вспомнить, как ей делали надрез на руке и то это делал. Она вообще ничего не помнила с тех пор, как ей в комнате у Найры надели на голову мешок. Затем провал и куб.

— Зачем им наша кровь? — спросила она дрогнувшим голосом.

— Они капают её в воду, и та становится безопасной для тех, за Башней, — ответила за англичанку белобрысая, презрительно скривив губы.

— Сколько капают?

— Литра два, — рассмеялась девица.

— Ладно, расслабься, тут все новенькие, как дуры выглядят.

Мира бросила на неё косой взгляд. Это было невозможно объяснить логически, но между ними будто протянулись невидимые нити. Мира чувствовала, что у худышки к ней интерес, девица будто присматривалась к ней, изучала. Узнать бы ещё, с какой целью?

— Ты сама-то давно здесь? — спросила Мира.

Белобрысая хотела ответить, но её перебила мексиканка.

— Здесь нет времени, — сказала она.