Костяной Скульптор. Том 3

Слишком маленьким также быть не получалось, хотя уже по совершенно иной причине. Лимит моего нынешнего тела, оригиналом которого стал лич-босс, находился, если придерживаться старой теории о десятикратном увеличении, примерно на отметке в две сотни человек.

То есть когда моё тело станет в двести раз сильнее стандартного скелета первого этажа, дальнейшее развитие станет невозможно. И с появлением Изменения в этом плане ничего не изменилось. Только добавилось дополнительное условие. Старая пропорция сохранялась лишь в том случае, если тело было по размерам таким же как оригинал.

Возможно, я немного напутал, но общая тенденция была именно такой. При росте в два с половиной метра, каким была Галаста в роли босса, мой лимит силы и правда находился на уровне около двух сотен человек.

Однако стоило мне уменьшиться, как лимит уменьшался пропорционально объёму тела. Думаю с увеличением это работало ровно также, но тут проверить уже было невозможно. Выходило, что размер около человеческого уменьшал мой лимит до как раз имевшейся сотни.

То есть превращение в карлика ростом метр было чревато взрывом всего тела.

Когда-то у меня была теория о том, что лимит зависит не от формы, что я принимаю, а исключительно от черепа, в котором находится моё сознание. Однако теперь стало понятно, что это не совсем так. Попытка обмануть систему, превратившись в карлика с очень большой головой чуть не обернулась плачевно.

Всё-таки дело было в куда более тонких материях, завязанных не на конкретные кости, а на что-то более сложное.

Также я, с подачи кареглазой, проверил ещё несколько довольно занимательных теорий, в результате чего выяснились ещё несколько занимательных вещей.

Изменить внутреннюю структуру тканей, то есть сделать кости пористыми, как у птиц, добавить глазам какие-нибудь дополнительные эффекты или превратить свои волосы в броню как у некоторых животных, я не мог. Изменение неожиданно оправдало своё наспех придуманное название, позволяя мне манипулировать лишь тем, что уже было у меня в арсенале, но не создавать что-то новое.

Разделиться надвое было можно и сравнительно просто. Выращивание на спине своей точной копии прошло вполне успешно, и я смог с лёгкостью ей управлять.

Но стоило кареглазой ударом клинка перерубить связывающую меня и меня-копию тонкую полоску плоти, как связь между нами терялась, а копия просто замирала, как это когда-то делали скульптуры-зомби.