Костяной Скульптор. Том 3

Если, к примеру, у человека не было руки, то после пробуждения на алтаре она не появится магическим образом.

Да, если тебе эту руку отрубили в бою, а через пару минут в нём же и убили, то при воскрешении рука будет с тобой. Но амулеты держали в себе нужное для возвращения состояние человека лишь несколько часов. А значит, что если ты слишком долго подвергался воздействию яда и из-за этого у тебя, к примеру, выпали зубы, то после смерти во рту у тебя всё ещё будет пусто.

Люди отправлялись в полигоны, чтобы отточить свои навыки, и, понятно, что это предполагало боль и даже смерть.

Но в большинстве случаев они знали, что после возвращения с ними всё будет в порядке. А потому и было столько приключенцев, готовых пойти на риск ради тренировки или наживы.

Однако девятый уровень Подземелья Некроманта не давал ни того, ни другого. Тут по большому счёту не с кем было сражаться, а из тех немногочисленных мертвецов, что тут всё-таки были и представляли из себя деформированных самыми причудливыми образами раздутых от нахождения в трясине зомби, способных лишь выскочить из трясины и попытаться утянуть тебя на дно, ничего нельзя было получить.

А вот последствий слишком долгого нахождения здесь было куда больше, чем от сражения с самым сильным боссом. Поэтому в местных трясинах никто не задерживался, стараясь как можно быстрее найти проход на следующий этаж.

Никто, кроме меня. Немного подумав, я понял, что это была идеальная площадка для получения лучшего обмундирования. Я был мёртв, и на меня яд не действовал, а в таком густом тумане, если я немного постараюсь, заметить меня будет нереально.

Плюс я был настолько силен, что повстречать достойного противника получилось бы лишь по невероятному стечению обстоятельств.

Вещички, что я добыл на восьмом этаже были, конечно, не дурны, когда-то я за такую экипировку без промедления отдал бы руку. Но сейчас моя сила была несравнима с былой, и, раз уж подвернулся такой шанс, стоило получить лучшее из возможного.

Тем более что с прошлого раза прошло четыре года, и ажиотаж по поводу атакующего авантюристов чего-то непонятного уже давно прошёл.

Я не знал, как ощущали себя люди, зашедшие в большой магазин с кучей всякой всячины. Но почему-то мне кажется, что это ощущение было очень похоже на то, что я испытывал последние недели три.

Проворачивать всё я старался как можно изящнее. Не чище, потому что главным элементом моего плана было погружение с головой в трясину, но точно изящнее.