Костяной Скульптор. Том 3

И так, возможно, было бы до самой её смерти. Но три года спустя в стране, где Галаста жила, случилась крупная вспышка чумы. Люди умирали от кровавого поноса, покрывающих всё тело язв, задыхались от перекрывающих дыхательные пути опухолей, а большинство выживших оставались на всю жизнь безвольными овощами, только и способными что есть, спать и ходить под себя.

Семью Нитайн, жившую в трущобах, в антисанитарии и грязи, эта участь не обошла стороной. Родители девушки умерли, она сама выкарабкалась чудом, благодаря имевшимся в её теле крохам магической силы.

Вот только бушующая на улицах чума, ежедневно забирающая сотни и тысячи жизней, наконец, дала Галасте ответ на давно забытый вопрос, к какому типу магии она была предрасположена.

И более того, талант девушки оказался выше всяких похвал. Без каких-либо руководства и учебников она сумела научиться управлять энергией смерти, царившей в окружающем мире, и даже умудрилась поднять парочку соседей в виде зомби, пока городские власти не нашли новоиспечённого некроманта.

Магия смерти была вне закона в большинстве стран, однако это не означало, что не было легально практикующих некромантов. Существовали проблемы, в которых умения хорошего мага смерти были незаменимы.

Вытянуть информацию из трупа, незаметно наслать проклятье на нужного человека, да и против “диких” некромантов поддержка такого мага была незаменима. И пусть к ним всегда относились с опаской, не признать важность адептов смерти было нельзя.

К сожалению для Галасты, у той академии, где она училась, уровень был слишком низкий, чтобы суметь обнаружить у неё талант к магии смерти. Таким занимались только лучшие правительственные учреждения.

На следующие десять лет Галаста попала в ученики к одному из немногих официальных некромантов на службе короны. Дни проходили в изучениях книг, практике магии смерти и проведении сложных, часто жутких и всегда крайне мерзких ритуалов, среди которых простое жертвенное убийство человека ударом клинка в сердце было самым безобидным.

Некромантию можно было применять и без каких-либо ритуалов и жертв, используя исключительно собственную энергию. Однако, как бы маг ни был искусен, энергия смерти была слишком чужда живому. Так что эффективность подобной “чистой” некромантии не шла ни в какое сравнение с тем, что можно было сотворить чужими смертями.

Казалось бы — вот оно. Жизнь Галасты начала более-менее налаживаться.