Лунный князь. Беглец

Но по договору Трех миров никто из высших не может придти в Подлунье, иначе — война миров. 

- Ремес, я всегда думал, что ты более образован, - съязвил иерарх сферы Логоса. - Да, Лунным миром правит женская линия и держит мужей-консортов. Но даже у королевы есть владыка. Здесь у нас лунного дьявола называют князем тьмы, а там - Отец Тьмы, и он там не дьявол, он - бог Линнерилла. Он - творец их лживого мира. А о воплощении лунных богов в Подлунье договор почему-то умолчал, и это еще один наш стратегический просчет.

Ремес признал про себя, что Глир по праву стал иерархом своей сферы: о религии линнери в Подлунном никто ничего не знал. Не было таких сведений ни в одной древней летописи. Откуда же этот хлыщ раскопал такие подробности, и не врет ли он в глаза? Но рыжий был заинтригован.

- И что? Вот и воплощался бы в своем Линнерилле, здесь-то он что забыл? 

- Спроси у Сьента, он должен быть в курсе, - Глир расхохотался, пригубил чашу с вином, потянув паузу.

-  Могу только предположить, что бы я сделал на месте бога.  Ха-ха! Скажем, перевоплотил бы наш мир так, чтобы археты не нашли здесь ни одной души для себя. Эстаарх не сможет и пикнуть: линнери не в ответе за деяния бога. А после уничтожения обителей Единого и его слуг, этих якорей и кормушек Эстаарха, я создал бы здесь плацдарм для захвата и уничтожения изначальных антагонистов - Солнечного мира. И вот ведь какая штука: если не выгорит затея, линнери и их божок ничем не рискуют. Пострадает только Подлунье.

- Какое счастье, что ты на своем месте, брат Глир, а не на месте лунного дьявола! - усмехнулся Ремес. И повторил, задумавшись: - И сын восстанет на отца... 

Он вдруг вспомнил другого знаменитого ардонца — Ионта Завоевателя, зарезанного рукой принца, за которым Гончары тщетно гонятся в целом вот уже десять лет. Неутомимого. Неуязвимого. Непобедимого. До тех пор, пока не появились его наследники.

А из двоих, пусть даже это дарэйли, все равно первенец только один.

«Неужели Райтегор — не дарэйли, а воплощение лунного дьявола? - похолодел Ремес. - Тогда понятно, почему ему удалось убить Ионта. Понятен шлейф бессмысленных смертей, что тянется за ним, куда бы он ни ступил. Понятна его небывалая устойчивость к нашим заклинаниям подчинения... Но тогда... Тогда его нельзя убить, он возродится еще более сильным.