Легенда о Лазаре 4. Зверь тысячи форм

Вот только тот разговор с Фаустом и гложущее сейчас душу отвратительное ощущение близящейся катастрофы не давали Лазу поверить ни в одну из этих причин.

Если всё окажется настолько просто и банально, то он будет в этой истории самым большим дураком, и вряд ли сможет отплатить Карцию за беспочвенное беспокойство. Но он предпочёл бы тысячу раз быть дураком и паникёром, чем хотя бы раз оказаться правым. Не здесь, не сейчас и не с ней.

Первые новости поступили уже спустя каких-то сорок минут. А к концу часа у Карция была уже вся возможная информация по перемещениям названных Лазом людей в прошедшие сутки.

Известно стало следующее: Эмрат Солти утром этого дня нанял карету с извозчиком, после чего эту карету видели трижды, каждый раз всё дальше и дальше от центра города, причём один из очевидцев рассказал про женские крики, доносящиеся из повозки.

Тем не менее, за стены карету выпустили без вопросов, у мужчины имелись все необходимые документы на себя и дочку. Потом след, к сожалению, терялся по причине очень раннего времени.

Было очевидно, что ещё час-два и информаторы Медного Правила смогут найти тех, кому эта карета встречалась на пути. Но Лаз уже не мог ждать. Получив от помощника Карция карту нужного участка прилегающих к Эшельрагу территорий, он, проигнорировав все уговоры Фауста и Ронды, покинул покои президента также, как и появился в них, скрывшись в уже полностью чёрном небе.

***

Говорят, дольше всего длится то время, которое человек проводит в ожидании чего-то. Вне зависимости от повода, хороший он или плохой, то состояние, когда ты не знаешь, куда себя деть, десяток раз в минуту оборачиваясь на часы и меряя шагами комнаты, будто замедляет стрелки до состояния находящихся при смерти улиток. И раньше Лаз, в целом, был согласен с таким утверждением.

Теперь же он знал правду. Дольше всего тянется то время, когда ты изо всех сил спешишь, торопишься, но знаешь: как бы быстр ты ни был – всё бесполезно. Кошмар, который ты хочешь предотвратить больше всего на свете, уже случился. Беги – не беги, ничего уже не исправить.

Стрелки в такой момент не просто останавливались. Они срывались с циферблата и, словно рой адской саранчи, начинали пожирать заживо, с каждым мгновением вгрызаясь всё глубже в плоть.