Крысолов

 

– Ваша светлость!

«Успокойся, малыш!» 

Диего с огромным трудом удержался от взгляда за плечо. Голос, раздавшийся у него в голове, казался  незнакомым, но за всю его жизнь лишь два человека называли его малышом. Вторым был Вальдес Марратоа...

...а первым – отец.

Раскона отступил от стола и сел.

– Больше всего для Иторена, – начал он, – я могу сделать, если займусь борьбой с пиратством в заокеанских владениях Его Величества. Таково мое твердое убеждение, Ваша светлость. Пока еще не стало слишком поздно.

– Вам что, так надоело читать жалобы из колоний?  – ехидно спросил министр. – Занятно. Ведь согласно составленным в вашем же ведомстве сводкам, убытки нашей заморской торговли от пиратов не столь уж значительны. Три процента, кажется?

– Три и семь десятых, Ваша светлость. Конечно, это не так много, ведь пираты пока не опасны галеонам Золотого Флота.  Но если смотреть на корабельные списки, все становится не так уж безоблачно – каботаж в колониях почти не прирастает, Ваша светлость, это слишком опасное, а значит, невыгодное дело.

Там же, где к берегам не пристают наши торговцы, бросают якорь контрабандисты. 

– За торговлю с еретиками можно поплатиться.

– Ваша светлость, даже в Гадроке я повидал множество людей, уверенных, что Высокий Закон далеко, а дешевые заграничные товары – рядом. А ведь это провинция Иторена, а не заморская колония.

Что-то мелькнуло в глазах ги Леннека при этих словах. То ли раздражение, то ли... смущение?! Быть может, герцог Нуарийский  вспомнил собственную провинцию? Деньги не пачкают руки, даже когда источник их далек по чистоте от горного ручья.

– И еще, – добавил Раскона, – пираты всего лишь струйка дыма над готовым полыхнуть костром. В случае войны к ним присоединятся охотники за призами, а наш флот...

– Вполне способен решить эту проблему, – холодно произнес герцог. – У нас прекрасные корабли, по числу линкоров мы уступаем только ликтам, а...

– В том-то и дело, что по числу! – Диего старался говорить в тон ги Леннеку: спокойно, рассудительно, веско.

– В погоне за числом закладывается один киль за другим, а когда эти наши прекрасные корабли сходят на воду – тут-то и начинается экономия! На жаловании офицеров, на порохе для учебы... буквально на всем. 

Герцог медленно поднялся из-за стола и, заложив руки за спину, встал сбоку от окна.

– Возможно, вы в чем-то и правы, – глухо произнес он, глядя на искрящийся танец пылинок.