Красный Камень Каррау. Каррау I

Боаз развернулся резко, прижавшись лицом к стеклу и влипая в него как медуза, продавливая себя на эту сторону. Я отступил. Черты демона оплыли, превратившись в лицо моего учителя – восковое, неподвижное, с запавшими губами – таким я видел его в последний раз. Боаз раскрыл рот и заклекотал горлом. Смеялся.

– Всё твоё. Город твой, сосуды твои. Ты хотел этого. Хотел, чтобы эта маленькая сучка ползала у твоих ног, раздавить её, проучить. Теперь мы её получим. Мы, с тобой. Каждый… – Демон облизался. – По кусочку. Достаточно подтолкнуть – и ты летишь.

Я выбросил руку вперед и, пробив пальцами вязкую преграду, схватил Боаза за горло. 

Зеркальный материал выскользнул, гладкий и холодный как подтаявший лёд, но я смог удержать демона за черный ворот плаща. Потянул на себя, так, что край впился в шею Боаза. Из-под плаща, болтаясь на широкой цепи, выскользнул знак демона. Задев мою кожу, он обжег. 

Вместо того чтобы выпустить, я дернул на себя – лоб демона стукнулся о зеркальную преграду, издав глухой звук пустого по пустому.

Я дернул сильнее. Боаз уперся рукой в зеркало и вырвался. Отскочил, по-человечески удивленно держась за лоб и смятую шляпу. 

– Слушай меня, …гад. – Прошептал я. Руки жгло. Почему-то обе. Ледяная дрожь поселилась в позвоночнике. Я использовал её, чтобы держаться твердо. Мне все так же хотелось вопить, при виде Боаза, но сейчас не от ужаса, а от гнева. – Я знаю тебя. Ты забываешь, что я знаю. 

Так же, как он знал меня, до самых потаенных закоулков души.

Я бросил вдогонку за Боазом тень, и ее черный язык лизнул призрачный Каррау. Я почувствовал шершавость и холод камней проспекта, их структуру и память. Длинным прыжком Боаз отскочил вглубь города, а затем еще отбежал, пока не остановился в недосягаемости Тени, которая, как пес на длинном поводке тянулась, но не доставала. Демон поправил шляпу. 

– Приблизься ко мне. – Произнес я. – Ко мне. К любому из тех, кто рядом со мной.

Боаз выругался. Оставил за собой последнее, матерное, слово, и исчез.

Теперь зеркало отражало туалетную комнату и меня: темное от усталости лицо, кое-как собранные в хвост волосы, круги под нездорово блестящими глазами, болтающаяся как на пугале чужая куртка. 

Нужно привести себя в порядок.

Нужны деньги.

***

В регистратуре я узнал номер палаты “дяди” Заны.