Красный Камень Каррау. Каррау I

На лезвии и в его глазах одинаково отражались блики от холодного света фонарей. Тень, стелящимся болотом, замедляла его шаг, но он не замечал. Он шел, намереваясь убить меня.

Я отступал – спиной в первую попавшуюся улицу. Сердце стучало в горле, а непослушные ноги цеплялись друг за друга. Мне не хватало сил даже на призрачный меч сейчас. Я был безоружен. 

Столб толкнул в спину, я отскочил от него вперед – на Начальника. Тот ударил, проворачивая в воздухе лезвие – оно плашмя стукнуло меня по уху. Звон в голове, острая боль в ухе.

Я отпрыгнул спиной вперед от второго удара, вновь отступая, не видя куда иду. Куда-то во тьму.

– Ложь. – Прошептал я. Сердце, стучащее в горле, заглушало слова. От адреналина мысли путались. Хотелось развернуться – и побежать. Я должен был развернуться и побежать. Он догонит меня в два шага.

– Вы солгали мне. – Произнес я, не отрывая взгляд от поднятого меча. – Мы пожали руки – и вы солгали мне.

– Мои люди верят в мою честность. – Наступая. Он вновь лениво взмахнул оружием, заставляя отшатнуться в сторону.

Пятиться дальше в том же направлении.

Холод тронул позвоночник, когда я понял, что, подчинившись сейчас, выбрал темный переулок. Свернул в ту сторону, куда он хотел.

Еще один взмах. Замедленный тенью, он всё равно задел коротким касанием мою голову. Я не почувствовал боли – только жар и влагу, побежавшую на шею.

– Не разрушать же веру подчиненных. – Спокойно продолжил Начальник. – На том всё стоит.

– Да. – Хрипло. – Да, и более чем.

На вашей вере, а не их.

Белоснежная – жуткая – усмешка в ответ. В темноте он выглядел так, как и должен. Как мертвец. С восковым отливом тонкой кожи, натянувшейся на черепе. Вот-вот прорвется.

Еще один замах – направляя мои шаги в другой переулок. Мимо закрытого жестяного киоска и старого жилого дома. Я выставил руки защищаясь. Глупый рефлекс, который стоил бы мне рук, если бы Начальник не развернул лезвие, хлопнув по моим предплечьям плашмя, а не взрезав до кости.

– Да посмотрите же назад!

Он ухмыльнулся – и не обернулся.

Не увидел, во что обращается нарушенная вера. Тень бурлила. На поверхности стен, асфальта, самого воздуха, куда она падала, проступали рты. Рты, хватающие лапы, голодные глаза, псевдоподии, всасывающие вихри. То, чего я так боялся, случилось. Тень лопнула.

– Лар из Ларов. – Сказал я, отшатываясь от кончика меча, едва не чиркнувшего по моему животу и разрезавшего чужую куртку. – Вы не защищаете город. Вы разрушаете его.