Красный Камень Каррау. Каррау I

На уроках я пересел на последнюю парту – чтобы всё время видеть линию её шеи сзади, в обрамлении двух уложенных на плечи белых кос. Так они – словно разведенные, приглашающие ноги. В столовой я сажусь так, чтобы видеть издали её лицо и как она ест. Секретничает с подругами, смеется. У неё, единственной из девчонок в классе, уже появилась грудь. Я однажды трогал её лифчик, забравшись в женскую раздевалку. Я не занимаюсь спортом, мне нельзя. Зато я могу видеть, как прыгает её грудь, когда она играет в волейбол. Как Сванна иногда прикрывает её рукой, пытаясь удержать.

Или спрятать от моего взгляда. 

Я знаю, что это неправильно. Но это так мучительно хорошо. Не хочу, чтобы это прекращалось. Я продолжаю изводить себя. Покупаю большую тетрадь – ей бы понравилась, с бантами и котами, и записываю туда всё, что о ней знаю: какого цвета на ней сегодня была юбка, и как волнующе двигаются складки, приоткрывая колени, когда Сванна идет. Сколько раз Сванна коснулась своего рта. Сколько раз посмотрела в мою сторону (два… затем три… пять… шестнадцать).

Я думаю, что я ей нравлюсь – раз она так часто смотрит, нервно поворачивая голову в ответ на мой взгляд.

У меня потеют ладони, и дрожит голос, когда рискую заговорить с ней. Что я сказал? Это всё так далеко. И в то же время – так остро. Как драка, после которой не можешь вспомнить подробностей – хотя ты прожил в ней, на острие ножа, каждый миг.

Нож. Да. Мне нужен нож. С розовой ручкой. Ей нравится розовый цвет.

Я не нахожу с розовой. Нахожу с красной.

Мне его отказываются продать – я злюсь, кричу, и убираюсь ни с чем. Я беру кухонный нож для рыбы. Любит ли Сванна рыбу? Я не знаю. И этот вопрос мучает меня три дня. Я не могу спать, ничего не могу. Перечитываю свои записи: что она брала в столовой, было ли в этот день морское меню? Что делать, если она не любит рыбу. Рыбный запах преследует меня.

Пока она наконец не оказывается одна. 

Середина урока. Химия. Я любил химию. Сейчас не понимаю ни слова. Прежде имевшие смысл термины – иной, ничего незначащий язык, а бессмысленные действия.

Я так долго следил, что предчувствую, что она сделает и когда. Я отпрашиваюсь с урока. Говорю, что плохо себя чувствую. Мне верят: я бледен и потею. Я знаю, что сделаю.

Я жду её в коридоре за колонной. На обеде она выпила два стакана сока (апельсиновый, без сахара) и ей нужно в туалет. Ей неинтересна химия, и за это я ее ненавижу. Не понимаю уже почему. (Я Конрад, мне двадцать семь. Я должен это прекратить.