Дух праздника

Добавила:

Я – бог, и я защищаю! Меня почитают.

Керихат сощурилась, оценивающе глянув на Хиристэт. Хиристэт приподняла верхнюю губу – показала клыки: каждый размером с руку взрослого мужчины – не меньше! Керихат тихо заворчала, снова прижимаясь к земле. Покорность – ее всем своим видом выражала молодая драконица. Иного ей не оставалось, ведь Хиристэт в один укус могла сломать ей хребет.

Ты охотилась? - после минутной паузы спросила старшая самка, взирая на младшую сверху-вниз.

Керихат ответила недоуменным взором и тихим смущенным рокотом.

Мыслей Хиристэт коснулось чувство: легкое, эфемерное, чужое. Драконица, однако, разобрала его – узнала. Это было любопытство. Самое обыкновенное любопытство! Керихат показала, как лежала на уступе и разглядывала копошащихся вдали орков. В мыслях молодой самки старшая не уловила ни жажды крови – верного признака скорой охоты – ни фальши. Керихат не лгала и не пыталась выдать мимолетную фантазию за подлинное воспоминание.

Почему любопытно? - тогда же спросила Хиристэт, лениво сощурив глаза.

То, что юная драконица не покушалась на ее слуг, порядочно успокоило старшую, а спокойствие… оно способствовало благодушному настрою!

Керихат не ответила. Хиристэт молча наблюдала за ней, чувствуя, как кипят в уме визави разрозненные мысли. Отзвуки некоторых старшая самка цепляла благодаря телепатическому контакту. Смесь сомнения, тоски и боли терзала Керихат. Еще Хиристэт уловила в ней странное и весьма забавное желание открыться, поделиться. Оно совсем слабо мерцало в ворохе иных, куда более ярких и острых чувств.

Оно же и спровоцировало Хиристэт. Коротко рыкнув, старшая драконица обратила свой разум в незримый коготь. Впилась им в средоточие чужих мыслей. Подцепила все самое сокровенное, точно крюком. Потянула наружу.

Новые видения заплясали перед глазами. Хиристэт видела того, кого Керихат про себя именовала драконом: тощее, долговязое существо, бескрылое и человекоподобное. У него не было ни рогов, ни сверкающей на солнце чешуи, а когти и клыки не шли ни в какое сравнение с драконьими!

Он – не дракон, - сухо констатировала Хиристэт, отгоняя прочь навязчивый образ.

Он – двуногий, - добавила она мгновение спустя: - Получеловек!

Раздраженно зашипев, Керихат отстранилась: не столько телом, сколько разумом – она оборвала телепатический контакт. Серебристая чешуя встала дыбом вдоль хребта. Когти впились в землю. Хвост подрагивал, как и широко распахнутые крылья. Хиристэт оскалилась в ответ.