Вернувшийся

Вирт с Боргом его постоянно одёргивали, но смогли добиться только того, чтобы дальность его вылазок была не больше двадцати метров.

Вот в один из таких своих манёвров мальчишка, проходя мимо группы, невзначай бросил:

– Как интересно, от камней тень есть, а от нас – нет, – сказал и пошёл дальше, распинывая мелкий гравий. 

Дэйву хватило доли секунды, чтобы бросить взгляд на землю и понять, чем это грозит.

– Замрите! – видимо что-то было такое в его крике, что все мгновенно застыли, как вкопанные. Даже непослушный Пир и тот замер в шаге позади проводника.

– Закройте глаза и ни звука, ни шороха!

Сказал и сам проделал эти, нехитрые на первый взгляд, действия. На первый, потому что кое-кто вынужден был застыть в довольно неудобной позе. Насколько успел заметить Дэйв перед тем, как закрыл глаза, Митро и Борг стояли на одной ноге. Вторая начала делать шаг, да так и застыла в воздухе. Попробуй так постой хотя бы минуту. А сколько так придётся стоять, Дэйв не знал. Вот и получается, что чем дольше они так стоят, тем больше шанс пошевелиться и тогда.

..

Проводник отогнал от себя все мысли о том случае и той несчастной группе, с которой он впервые столкнулся с этой ловушкой Ворлоговых гор. Выжило тогда двое: сам Вирт и Счастливчик–Смил. Парень полностью оправдал своё прозвище, признавшись, что это уже четвёртый случай, когда он остаётся практически единственным выжившим.

Додумать мысль, что с таким счастливчиком лучше в одной компании не находиться, Дэйв не успел. Накатила волна тошноты. Сознание на секунду помутилось, в глазах потемнело, а мышцы пронзила судорога.

Именно эта мышечная судорога убивала попавших в ловушку. И чем быстрее человек двигался, тем мучительнее была его смерть.

Крики боли огласили скалистую площадку. Все шестеро путников повалились на острые камни, зажимая кто руки, кто ноги. У Дэйва в основном досталось левой руке, которая видимо дёрнулась в самый неподходящий момент. Но боль была вполне терпима, и Вирт открыл глаза. Поднялся, растирая ноющую конечность, и оглядел спутников.

Пора было заняться оказанием первой помощи. Рядом поднялся Ковач, тоже вполне целый и невредимый, чего не скажешь об остальных.

Пир тихо скулил, лёжа в позе эмбриона и зажимая ступни руками, Саула сидела и баюкала собственные колени, Митро лежал на спине и бормотал проклятья, глядя на проплывающие в небе белёсые облака, а Борг был без сознания.

– Посмотри девушку, – выдал Вирт указания Ковачу, как наименее пострадавшему, а сам шагнул к мальчишке.