Вернувшийся

– Ага, собьёшь их, – Хардон сделал вид, что не заметил намёка. – Их же меч ведёт.

– Как это? – Землянин чихнул и потёр заслезившиеся глаза. Брикеты неизвестного содержания горели хоть и хорошо, но чадили нещадно. Теперь едкий дым медленно но верно заполнял пространство пещеры. Макар не выдержал. – Ну зачем было это делать? Ни тепла толком, ни еды сварить. Только дым в глаза лезет, да преследователям нас легче по нему найти будет.

– Ты всегда такой нервный? – тролль присел рядом и хлопнул по плечу. Макар чуть в костёр не слетел.

– Дым сейчас втянется в шахту, тепло останется, а брат Савва со своей безумной шайкой нас всё равно найдёт. Я всё верно сказал? – Он повернулся к гному.

– Почти, – Хардон кивнул и принялся выкладывать еду из сумки. Некоторые продукты он запихивал обратно, но в основном снедь ложилась на круглый плоский валун, словно специально здесь лежащий для того, чтобы послужить столом. – Ты ошибся в одном: общинники уже нас нашли. 

Макар вздрогнул и обернулся к выходу.

К пещере приближалась толпа людей, ещё вчера приютивших их в своей обители. Вскочить не успел, хотя мышцы на ногах уже приготовились к рывку – на плечо легла тяжёлая ладонь гнома.

– Сиди не дёргайся, – и хмыкнул, не удержавшись. – Видимо просто сегодня не твой день.

Макар постарался успокоиться. Это стоило ему огромных усилий – сжатое в пружину тело требовало высвободить энергию.

Тринадцать человек вплотную приблизилось к входу в пещеру. Пятеро из них несли зажженные факелы, остальные крепко сжимали оружие – в основном короткие, едва ли более полуметра длиной, кинжалы.

Остановились. Вперёд выступил брат Савва со знакомым мечом и какой-то общинник с факелом. Макар как заворожённый смотрел на сталь клинка, которым фанатики грозились его прирезать. Вкованные гномом руны светились слабым голубоватым светом, едва различимым в отблесках пламени костра и факелов. А в конце бирюзового рунного слова, едва не залезая на крестовину, алел инородный рунический символ – лишняя руна, которую гном отказался наносить на меч.

Гном дожевал очередной кусок мяса, отряхнул крошки с колен и поднялся. Вальяжно прошёл навстречу общинников. Остановился. Теперь брата Савву и Хардона–Хмурого отделяло друг от друга не больше метра. Макар не просто замер, дышать перестал. Тишину нарушал лишь треск огня в костре, да демонстративное чавканье тролля.

И вдруг – хохот. Гном смеялся громко, искренне, немного согнувшись и хлопая себя по коленям.