Сибор Милосердный

Руки сводила судорога, сердце готово было вырваться из груди, так сильно оно колотилось! Он увидел Хайде, которая бросила оружие на пол и неожиданно для него произнесла на чистейшем силуитском:

— Я благодарна тебе, юный...

Но вдруг ее речь оборвалась, рот застыл, так и не произнеся следующее слово, а лицо стало еще бледнее прежнего. Взгляд ее был направлен за плечо царевича. Сибор медленно обернулся и увидел свою сестру. Ее ручки крепко сжимали живот, где на кремовом платье появилось пятно крови от только что полученной раны.

Раны от выстрела, который прошел сквозь стену. Выстрела, который сразил девочку. Глаза ее блестели от выступивших слез. Она попыталась сделать шаг, но тут же упала, уронив на пол два блестящих свертка.

— Белка!

Руки царевича задрожали. Он бросился к сестренке и подхватил ее на руки. Сибор не чувствовал собственного тела, внутри него все словно бы опустело. На мгновение ему показалось, что его руки и ноги отнялись, и он больше не ощущал ничего, кроме нескончаемого потока боли внутри себя.

— Я подумала... — задыхаясь, сказала Белка, — что если я дам ей конфету, она... — девочка оглянулась на райданку, которая с ужасом смотрела на то, что натворила.

Белка сделала еще несколько хриплых вздохов и, не отрывая взгляда от глаз брата, затихла. Руки царевича тряслись. Ему казалось, что это всего лишь один из его кошмаров. Сейчас Белка прибежит к его кровати, разбудит, предложит ему флягу с водой. Она всегда так делает! И сейчас сделает! Вот прямо сейчас он проснется, и.

..

В окне мелькнула белокурая голова райданца, потом еще одного, и еще. Вскоре с подоконника спрыгнула девушка-воин, очень похожая на Хайде. Увидев Сибора, держащего на руках уже мертвое тело сестры, она взмахнула мечом...

— Драгия! — крикнула Хайде.

Райданка, заметив соплеменника, тут же убрала меч в ножны и побежала в сторону Хайде и крепко ее обняла, но та не ответила, по-прежнему не отрываясь она смотрела на мертвую девочку в руках брата. Драгии пришлось ударить Хайде в живот, чтобы та пришла в себя.

Обе принялась говорить на своем языке, указывая на Сибора и мертвого царя. Еще некоторое время они о чем-то беседовали, пока Драгия не подошла к остальным райданцам и они не покинули каюту через окно, оставив Хайде и Сибора наедине.

Северянка подошла к Сибору, крепко сжимавшего свою сестру. Она села на корточки, дрожащей рукой коснулась лба девочки, поглаживая прядь ее светлых волос. Царевич не препятствовал этому, ему уже было все равно.