андэ Грай

Поредевшее на треть войско продвигалось все дальше и дальше, пока не уперлось в деревянный град – оплот лесного царя. Город пал под натиском закаленной за лето рати и был сожжен дотла вместе с жителями. Войско выполнило свою задачу и отступило за реку, оставив две трети бойцов на враждебных тропах, в коварных трясинах и чуждых полянах… А было их тридцать тысяч.

С того времени ветераны поделились на «сторожил» и «ходивших». Те, кто ходил за Лидею пользовались небывалым уважением, хоть в глазах у них и стояло что-то отталкивающее, что-то мёртвое, словно частица души осталась там, за рекой.

Красный полк так вообще снискал славу и был записан в летопись наряду со Стальным строем и Мертвой хоругвью, а его воины были удостоены земель и поистине королевских отступных. И был в том полку такой маленький, но очень злобный Бешеный взвод. Его составляли настоящие убийцы и нелюди, от которых держался подальше даже полк. Вырезать деревню? Да запросто! Охотиться на черноголовых? Раз плюнуть! Выжечь лес дотла вместе с собой? Настоящее веселье! Если над лесом поднимался дым, значит работал взвод. Если деревья молчали и не плевались стрелами, значит взвод тут проходил. Только яростные дожди уберегли тогда Готеран от обращения в пепел. Под конец войны от взвода остался лишь десяток, но этот десяток стоил тысячи, и смог бы эту тысячу похоронить в этом самом лесу. И был у Бешеного взвода командир.

Валерий «красивый». Так его прозвали сослуживцы за страшный ожег на пол лица. Но в байках, ходивших среди вояк, он прослыл, как Одноус.

Когда-то Валерий прибился к Добровольной дружине и не раз ходил за реку. Он охотился со всеми на дикарское золото, которого у местных было в избытке и не считалось ими за деньги. Несколько походов – дом у реки, еще несколько – гуляющая молва. Он так и не смог остановиться и спокойно зажить. Лес, подаривший те самые чувства, продолжал звать его, манил своими угодьями для охоты. На людей.

Когда началась война Валерий затесался в бесценный отряд проводников.

А дальше всё по накатанной. Вот только впечатлений он в этот раз получил не чашу, а целое море. Обычный, казалось, провожатый успел обзавестись сподвижниками, званием и неувядаемой славой. Он был ранен множество раз, но почему-то оставался жив, словно звериная кровожадность не давала ему умереть. Его дважды награждали Мечом Валиора – редким отличием, знаком Бога войны, победившего Тьму и предотвратившего гибель человечества. И дважды лишали за убийство подчинённых.