Лион. Начало пути

А теперь пошли, обрадуем папашку, да и мне горло промочить не помешает!

***

- И вот, значит, тужится ненаглядная твоя, а первый то на руках у Эсмэ уже! Так вот, смотрю, значит, головка видна! Дак я и говорю, значит, сильнее тужься! – Тэндал орудовал копченой индюшачьей ножкой, как указкой. – Помнишь, Кордис, как при осаде Фаррул меня в бойницу затаскивал? Вот так же тужился! Ха!

Кувшин, наполненный вином, громко треснул, из-за чего красная жидкость толчками начала заливать стол. Моментально протрезвевший Тэндал встретился взглядом с Кордисом.

Молчаливый диалог продлился не долго, а после оба мага выглядели так, словно кто-то вытащил из них стержень.

- Он ведь на границу поехал, так? – Тэндал опустил взгляд в стол, медленно проговаривая слова. – Как думаешь, случилось чего?

- С Фаррулом то? С ума сошёл? Он сам с кем хочешь случится! – преувеличенно бодро ответил Кордис, так же буравя взглядом деревянный стол.

***

Осмий не понимал, что с ним происходит. Вспышки дикой ярости сменялись продолжительными периодами апатии.

Почти сутки ушли на то, чтобы как следует разобраться с телом. Боли он практически не чувствовал, кроме разве что жжения от монеты.

В конце концов, серебряная монетка прожгла плоть и едва не упала на пол охотничьего домика, предыдущие обитатели которого теперь равномерно были нанесены тонким слоем на стены.

Перехватив серебро в воздухе, Шорцен решил пойти на более серьёзные меры. Он не был Рыцарем смерти в привычном понимании. Не стал практически безвольной куклой, но психике это на пользу явно не пошло.

С помощью своей крепкой воли у него получалось сдерживать порывы ярости, однако они становились в разы сильнее, когда рядом оказывались люди.

Сделав взятым в бою мечом надрез, Осмий раздвинул плоть на груди, в которой, пусть и медленно, но билось сердце. С силой, он вдавил дымящуюся монету прямо в кости грудной клетки, едва не упав от боли. Рана затянулась через считанные минуты, а сам он продолжил попытки изменения тела.

Спустя семь часов, Шорцен добился некоторых результатов.

Плоть, ранее разросшаяся и уродливо-массивная, стала выглядеть лучше. Став более плотной, она уменьшилась в размере практически вдвое. Скелет так же стал крепче, пожертвовав размером в пользу прочности. Когтистые лапы теперь хотя бы походили на руки и у него получилось взять меч так, чтобы его не погнуть.

Рост остановился на отметке в два метра, половых признаков не осталось, как и брони, и волос, и … Осмий тяжело выдохнул.