Тихая война

Он снова чувствовал себя глупым юнцом, запертым в клетке где-то в Алании.

“А не были ли они правы, называя меня убийцей?” - еще одна крамольная мысль. Оглушенный ею, Эйнеке не услышал тихого голоса Вивьен:

- Они приедут со дня на день. Я получила письмо с чародейской птицей…

Эйнеке не выдержал. Разревелся.

- Эйнеке! - и встревоженный голос близнеца полуэльф тоже не услышал.

Зато он ощутил, как объятия Вивьен стали крепче, а после почувствовал как к ним присоединились не менее крепкие и теплые объятия Наталя.

- Все будет хорошо… - шептал кто-то из этих двоих, а может оба сразу.

Хотелось верить. Очень хотелось!

Только получалось едва ли…

***

Они явились глубокой ночью. Эйнеке был на часах, но не потому что настал его черед, а потому что никак не мог уснуть. Не желая мучить Наталя и не допуская даже мысли о том, что караулить будет Вивьен, полуэльф сменил брата на посту у окна. Смотрел в ночь. Глаза болели и слезились, но Эйнеке все продолжал и продолжал смотреть в густую темноту за пределами блекло-оранжевых орелов света, текущего из фонарей таверны.

Пока не стало слишком темно и слишком поздно, видел суетящихся конюшенных и уезжающих прочь постояльцев. Видел и в отдалении как притихают дневные птицы, а ночные просыпаются. С наступлением ночи жизни стало не меньше, но в большинстве своем она была гораздо-гораздо более скрытная. Разок глаз Эйнеке уловил сову, еще разок заметил бродячую кошку, крадущуюся прямо туда, где вечером полуэльф видел гнездо мелких певчих птичек, а после всю эту ночную жизнь нарушило явление человека – мимо лихим галопом промчался верховой.

“Гонец”, - подумал Эйнеке и тихо вздохнул.

Он позволил себе отвлечься от созерцания окна и жизни по другую его сторону. Обвел взглядом их комнату. Вивьен спала, обняв набитую соломой подушку, сжавшись и зарывшись под колючее шерстяное одеяло. Наталь на соседней постели наоборот раскутался и широко раскинул руки, тихонько похрапывая. Вид спящего брата и подруги немного успокоил. Тогда же Эйнеке невольно задумался о том, что неплохо бы поспать.

Мимолетная мысль. Ее полуэльф тут же прогнал прочь. Да, от недосыпа (и, если честно, от недавних слез – тоже) болели глаза, но сон… Сон едва ли придет к нему! Пускай лучше отдыхают те, кто действительно может отдохнуть.

Эйнеке встряхнулся и снова обратил взгляд к окну. Впрочем, на этот раз он смотрел не на дорогу и не на окрестные леса, а на небо – на звезды и две луны, заливающие мир бледным светом.