Тихая война

Других очевидных повреждений, кроме сонма ссадин, царапин и ушибов Эйнеке не видел. Впрочем, то, что он их не видел не значило, что их действительно нет. Даже отощавший и столь мелкий ревун весил больше верховой лошади! Сломанные кости… Да-да, без переломов могло не обойтись!

Ребра…

Ревун мог сломать Нату ребра – Эйнеке старался не выпускать эту мысль из внимания, но вслед за ней тянулась еще одна: куда более нервирующая и даже откровенно пугающая. Сломанное ребро могло запросто проткнуть Наталю легкое или что-то еще, пока он силился выбраться из-под туши! Могло…

“Если так, то Нат может умереть!” - пульсировало в голове, и в такт этой пульсации по телу разливались волны леденящего страха – уже почти что-то настоящей паники! Впрочем, именно от паники Эйнеке останавливало то, что на губах брата еще не было крови – верного признака внутреннего кровотечения.

“Но дыхание…” - дыхание и впрямь было слабым, поверхностным и прерывистым. Оно беспокоило Эйнеке. Не могло не беспокоить!

“Прекрати! Сосредоточься на ране! Сперва нужно заняться ей, пока Нат не истек кровью!” - приказал сам себе и вытянул руки: они дрожали… о, как они дрожали!

Исцелять раны… Эйнеке умел исцелять раны, да, только вот едва ли его навыки можно было сравнить с умениями настоящим магов-целителей! Его магии не хватало тонкости и изящества, а самому Эйнеке… Что ж, сейчас ему явно не хватало уверенности.

Эйнеке знал, что должен сделать, знал как, но в голове кипели и роились мысли… сомнения! И руки все дрожали и дрожали, а вместе с ними дрожала и внутренне сжималась от ужаса его врожденная магическая сила.

“У ревунов ядовитая слюна или нет?” - Эйнеке никак не мог вспомнить.

Он знал, знал и знание это крутилось где-то на периферии сознания, но никак не хотело выплывать на передний план. А это было важно… Слишком важно, чтобы действовать прямо сейчас!

“Проклятье, Эйнеке! Если ты сейчас же не возьмешь себя в руки и не начнешь действовать, твой брат истечет кровью и точно умрет!” - понукал внутренний голос, и в груди помимо страха разгорелся огненный клубок возмущения, но…

Эйнеке не решался.

Эйнеке боялся. Боялся не справиться. Боялся ошибиться. Боялся убить брата собственными руками. Безумно боялся! Кожа покрылась пленкой пота. Сердце замерло в груди. И действие, и бездействие влекли за собой слишком много риска! Бездействие гораздо больше и гарантированно, но решиться на действие…

Как?!

Серебряный всполох. Эйнеке уловил его боковым зрением и резко оглянулся.