Как воспитать дракона?

***

Старый библиотекарь в страшной маске, похожей на свиное рыло, в пятачок которого был набит толченый уголь, сидел в засаде за огромным горячим валуном. Грудь его судорожно вздымалась – в Аду было не только вонюче, но и весьма жарко.

Прямо перед библиотекарем высились заброшенные врата в Ад, напоминающие скальную гряду, утопающую в вонючем болоте.

Из болота торчали золотые «макушки» драконьих яиц. Их было не меньше десятка. Никому не нужные, они миллионы лет парились тут в кипящей жиже.

На яйцах сидели стражники, удивительно похожие на свиней.

От скуки они играли в карты и в крестики-нолики.

Почему никто не перевёл их отсюда к новым вратам? А это надо спросить адскую канцелярию.

Борн, понимая, что старик не высидит в пекле долго, бесстрашно материализовался прямо перед скучающими стражниками.

Сначала они глазам своим не поверили. А потом захрюкали грозно, схватили зачарованные копья и бросились ловить коварного изгоя.

А мэтр Иборэн неуклюже поднялся – одежды на него тоже накрутили с избытком – поддёрнул перчатки из химерьей кожи, что пожертвовал для такого дела Фабиус, и пошёл к яйцам.

– Ах! – ногам его стало жарко даже в толстых кожаных сапогах.

Библиотекарь собрался с силами, схватил самое крайнее яйцо – горячее, тяжеленое, побежал к камню… И тут же Борн материализовался перед ним под крики разъяренных стражников, схватил старика и был таков!

***

Диана сидела чуть в стороне от костра, на самом обрыве, на выступающем из земли корне сосны. Она грустно смотрела в воду.

Свободная жизнь ей вроде бы нравилась.

Как и обожание шумного мальчишеского воинства. Вот только платье расползалось по шву, курточка была вся в жирных пятнах, а волосы слиплись и потеряли блеск

Демоны в Аду не моются, только натирают тело пряностями, чтобы отпугнуть паразитов, а вот людям следить за чистотой тела непросто.

Ах, какое душистое мыло варила Малица, кухарка Фабиуса! А какие чудесно чистые платья приносили ей прачки…

Но вернуться в башню из-за мыла?

Малко сочувственно смотрел, как Диана разбирает засаленные пряди.

– Я сварю тебе щёлоку, – пообещал он. – Нажгу берёзовой золы и сварю. Щёлоком хорошо волосы мыть.

Рыжий плохо прижился в банде. Был слишком мягок и вежлив, потому держался поближе к хозяйке.

Диана вздохнула: ей и в свободе не всё нравилось. В лесу не было любимых книг, еда была грубой и однообразной, песни грубыми, вечера – долгими и небезопасными.

А главное – легче-то ей не стало. Душа всё так же болела и разрывалась напополам.