Чума теней. Книга вторая.

Шибер не спрашивал, в чём причина такой ненависти. Когда тебе на склоне лет после четырёх десятилетий достойной службы дают пощёчину на глазах множества свидетелей, подобные вопросы только бесят.

— Увы... Суд Одного Дня...

— Королевский расследователь вправе провести эту процедуру сам. В отсутствие герцога.

— Если его поддерживает первый или второй офицер местной стражи. Найрус тебя уволил.

Невилл зловеще захохотал.

— Тюфяк заставил меня снять ливрею, но, думаю, забыл подписать бумагу о моём увольнении.

Официально я всё ещё старший офицер. Второй после тюфяка.

Шибер Шул повторил свой неподражаемый щелчок пальцами и засмеялся. А мстительный стражник продолжал делать королевские подарки королевскому расследователю.

— Мало того, я обещаю привести под петлю Блича по кличке Безжалостный. Мне известно, где он скрывается, и я знаю, как его выманить в город. Был бы благодарен, чтобы их казнили в один день.

— А мальчишка-то тебе чем насолил?

— Он воспитанник Найруса, — открыл Тяжёлая Рука. — Какая-то мистика. Все, кто дорог Найрусу, скоро начнут умирать.

— И впрямь, мистика, — сказал Шибер.

И опять засмеялся.

— И уж святое дело найти юридическую зацепку, обязывающую начальника Герцогова Ока присутствовать на казни. Ты слышал, Шибер?

Да уж, чем страшнее человек, тем более жуткие формы принимает его месть.

Глава десятая. Казнь.

Когда дорогу перегородило упавшее дерево, караван не растерялся, а сразу ощетинился мечами фехтовальщиков братства Святого Кагула и копьями купеческих слуг.

— Ну, лесная братия! — в задоре перебрасывая саблю из руки в руку, крикнул молодой купец в отделанной золотом кольчуге. — Вылезай на битву, коли жизни не жалко! Напасть на караван, над которым знамя Святого Кагула! Подобная дерзость должна быть наказана!

Он был уверен, что разбойники дорого заплатят.

Зря что ли так потерял в чистом барыше, заключив годовой контракт с братьями Кагула. Фургоны, обитые изнутри железом, позволяли выдержать обстрел, а уж в рукопашной с вольными фехтовальщиками вольным стрелкам ловить нечего.

— Никакого разбоя, браток! Никакого разбоя! — предводитель банды Секачей Бора вышел с белым флагом.