Чума теней. Книга вторая.

Чернеш со смелостью обречённого поведал, что его организация хотела предложить герцогу принять правило пожизненной стерилизации с помощью колдовства, оплату услуг волшебников возьмёт на себя «Нравственность», всех продажных и ещё нескольких категорий подданных.

— Ничего личного, мои милые шкурки. Просто надо улучшать человеческую породу. Только достойные люди достойны иметь потомство. А если пьяный нищий оседлает пьяную шкуру, то какую пользу обществу принесёт получившийся ублюдок?

— Что?! — хором крикнули девушки.

Они подтащили Чернеша к стене и заставили слушать звук виолы — Хромоножка начал новый концерт, в этот раз сольный.

— Ты слышишь, как играет сын продажной и нищего пьяницы? Слышишь?! Найди сына порядочной женщины и уважаемого человека, который так хорошо знает виолу!

Звуки были, действительно, чарующие, и даже такой злодей, как Чернеш не мог не прочувствовать этого.

— Как?! Сын... сын такой.

И тогда, это было видно по его лицу, к Чернешу пришло запоздалое... нет, ещё не раскаяние, но уже сомнение в собственной правоте, уверенности, что есть порядочные люди, которым можно всё, и безнравственные, с которыми можно всё. С этого сомнения у подобных моралистов начинается дорога к очищению. Но только времени пройти этот путь Чернешу уже никто не собирался давать.

Кастет по рёбрам заставил Чернеша упасть на колени, а затем садовые ножницы сомкнулись на его ухе.

— Ааа!

Девушки заткнули ему рот кляпом, чтобы он не испугал детей, не привлёк их внимание к окнам, и продолжили наказание.

Чернеш умирал медленно и мучительно. Умирал очень некрасиво под самую красивую мелодию, которую только можно извлечь из виолы.

Когда трава под окнами побурела, а Чернеш затих, привратница свистом позвала бродячих собак, обитавших в парке, и они набросились на изуродованное тело.

А девушки, смыв кровь, оделись, и вернулись в «Королевство грёз». И, словно ничего и не произошло, играли в карты и обсуждали изысканным языком архитектуру несуществующих замков и выдуманные приёмы у королей.

Глава седьмая. Весь мир идёт на меня войной!

Ночь ещё не кончилась. У ворот парка Блич наткнулся на Виклора и Секретаря. Сказать, что он был удивлён, значит, ничего не сказать.