Аристократ. Пять Грязных Искусств

— Эй… Барто… ло… — Тут выяснилось, что я еле ворочаю языком, хотя был уверен, что ещё не настолько пьян, чтобы имя собутыльника стало вдруг непроизносимым с первого раза. — Барт… чёрт… плевать на этих девиц… расскажи лучше, что ты знаешь о школе… ну той… на Бер-р-р-р-оу-з-з?.. Эй, Барт… мы же почти родственники…

Я приподнялся и, перевалившись через стол, взял Соло за грудки. Тот от неожиданности вздрогнул и уставился на меня, оторвав взгляд от сцены.

— Какого хрена ты ко мне лезешь, Рэй? — возмутился он.

— Отвали! Смотри лучше туда.

Он хотел повернуться к сцене, но я несильно двинул его кулаком по щеке.

— Барт. Расскажи мне про школу… может, я тоже туда хочу. И я отстану… даже женюсь на твоей племяннице… на всех племянницах… вот сразу… прям завтра…

Соло засопел мне в лицо.

— Ты же не отвалишь? Да, Рэй?.. Чёрт с тобой… В школу Сильвер недавно открыли набор для нового класса, Архитектор собирает…

Его последние слова заглушили аплодисменты.

Чёртовы аплодисменты!

Девушка на сцене скинула плащ.

— А теперь заткнись, Рэй, иначе сломаю тебе нос, — бросил Соло и оттолкнул меня.

Я соскользнул со стола, но в своё кресло не попал. Растянулся на полу, ушиб себе копчик, кое-как взобрался обратно в кресло. И тоже уставился на сцену сквозь мутную пелену алкогольного дурмана.

Сцена стремительно уезжала вбок, билась на части, вокруг всё вертелось, даже когда я не шевелил головой. Шум кабаре пульсировал внутри черепа.

Последний раз я набирался так, когда отмечал двадцатилетие у Шона Ривера, моего старого друга, в его каморке на Рынке Нищих.

Проснулся я тогда в объятиях двух неизвестных девиц и с невыносимой головной болью. К тому же, в одних панталонах. Оказывается, пока мы с Шоном, пьяные, спали, нас ограбили, хотя красть особо было и нечего. Забрали совсем по мелочи: одежда и небогатая закуска… Но всё же как странно сейчас осознавать, что теперь мне семнадцать, и двадцатилетия у меня вроде как и не было.

— Эстер! Не стесняйся, крошка! — рявкнул на весь зал Соло.

Я нахмурился. Эстер? Где я слышал это имя? Совсем недавно ведь слышал.

Вгляделся в лицо девушки. И только тогда понял, откуда её знаю.

Эстер — одна из двух наводчиц с Гвардейской площади. Рунная ведьма.

И пока я, пьяный дурень, разглядывал её лицо, остальные разглядывали её тело. Девушка была совершенно голой. Только руны на её коже мерцали так ярко, что подробности её обнажённой фигуры увидеть не удавалось.