Вратарь 3

— А я, если память мне не изменяет, твой новый непосредственный начальник. И от меня зависит, каково будет твое дальнейшее существование. Смекаешь?

— Определенно, — сдался Тер. — Так что ты хочешь, Седьмой?

— Ты говоришь, что Сердца, возможно, делают из вентерских кристаллов. Мне же нужна обратная процедура. Чтобы из Сердца ты сделал самый большой вентерский кристалл. Усек?

Молчаливый кивок был мне ответом. Я сгреб несколько Сердец и протянул Теру.

— Убирай, убирай в инвентарь. И если ты попадешься, я скажу, что понятия не имею, чем ты занимался.

Вот интересно, удался бы мой маневр, не будь Седьмой удачливым сукиным сыном и героем войны? И неважно, что в последней мы сливали. С другой стороны, какая война, такие и герои. Суть в ином: Тер пришел с предубеждением, что его новый начальник довольно умный и рассудительный тип, раз у него все раньше получалось. Что ж, если повезет, он не разубедится в этом.

— И сколько у меня времени на это все? — спросил наконец Тер.

— Пока червоточина не откроется окончательно.

Глава 2

Для качественной работы персонала требуется самая малость — хороший коллектив, стабильная зарплата и, собственно, необходимые условия для этой работы. Вратари шагнули дальше самых смелых социалистических режимов (какую муть я только раньше не читал).

Про хороший коллектив и говорить не приходится. С нашей приглушенной эмоциональностью мы друг друга не раздражали (Агонетет не в счет). Зарплату никому платить не надо. Трудимся за идею и пыль. И даже с последним пунктом все вышло как нельзя лучше.

С легкой руки Ворчуна и не без помощи Арея моей команде выделили дальнюю заброшенную башню. Раньше ее использовали как склад. Собственно, и сейчас здесь находилась куча хлама, просто к ним добавились существа Инструктора Седьмого.

Конечно, выделению помещения поспособствовал Арей. При этом Ворчун руководствовался не только своей нелюбовью к наглому выскочке, которого нужно отправить подальше, но и нежеланием лицезреть лагерь отступников в замке. А теперь все были довольны. Агонетет считал, что если проблемы не видно, ее нет. Я же получил уединенное место для своих темных дел. И это не шутка.