Совсем другая жизнь.

Тяжело было только с тем самым ребром, перенести тело, стоя на кончиках пальцев, на другую сторону со смещением вниз… чуть не упал, повезло, что камни были сухие и несыпучие, в какой-то момент просто соскользнул ладонями по скале до нужной трещины. Сердце ударило в виски, руки чуть не выскочили из суставов, но удержался. Отдышался под карнизиком, дождался, когда сверху прошелестели шаги и выпрыгнул наверх. Двое… ночью они ходили по двое… Сближение, ложка входит в шею туда, куда и надо, но я рано начинаю поворачиваться ко второму, и самодельный стилет застревает и выскакивает из руки.

Второй охранник вскидывает ствол, ухожу в сторону, прыгаю, достаю ногой, он валится вниз в карьер, но нажимает на курок, и выстрел, громкий, очень громкий выстрел разрывает тишину побега. Спалился. Два плена, провал на выходе… пора подавать в отставку. Буду ловить рыбу, если доживу…

Сдернул карабин с мертвого, ложку в карман, дальше потрошить некогда, огни уже вспыхнули у ворот возле караулки. В лес, в Контулук. Все-таки я егерь, хоть и не контулукский, а полковой, но егерь.

Если не сожрут этой ночью, то выберусь.

Сзади орут, мощный фонарь освещает опушку, щелкают выстрелы, быстрее, быстрее, ствол дерева, за который я хотел нырнуть, щепится от пули, прыгаю в сторону и тут же по голове как будто бьют кувалдой. Качусь в траву, ружье вываливается из рук, на четвереньках пробегаю еще немного, глаза заливает пот, вытираю лицо, руки липкие и в нос бьет резкий запах свежей крови, но я жив, жив… вскакиваю и бегу дальше, в лес, в чащу, бегу, бегу, крики и выстрелы затихают вдали, бегу, пока в глазах не загораются звездочки, падаю навзничь.

Это не звездочки… это чьи-то звериные глаза, и еще одни, и еще… не убежал…

Запах крови ударил в нос, человек упал и прокатился прямо к лапам здорового контулукского волка со свежим пулевым шрамом на голове. Второй волк, старый, с порванными обвисшими ушами, подошел сбоку. Он сначала лизнул вожака в запекшуюся рану, потом опустил пасть к человеку. У лежащего ничком была такая же кровавая полоса вдоль головы, и от его волос слабо, но все же пахло волком.

Старый зарычал и посмотрел на вожака, тот втянул воздух, фыркнул, потом перепрыгнул через человека и побежал по его следу. Пробежав несколько десятков шагов, он остановился, походил кругами по поляне и повернул обратно к стае, которая расселась невдалеке от потерявшего сознания егеря. Старый волк, трусивший следом за молодым вожаком, снова недовольно рыкнул и тоже развернулся обратно.