Третий сын

Почесывая плешивую макушку, он поднялся и стал расхаживать, погрузившись в задумчивость. Ну и мне пришлось включать мозги. Проговорив про себя слова старого учителя – «математика меня любит», я принялся за дело.

До обеда я успел благополучно решить в общей сложности три задачки, после чего было взято повышение. Судя по выражению лица Сир Лэйтон не смог решить ни одной из них, хотя все это время упорно старался.

После взятия повышения рыцарь вспомнил наказ мамы обязательно провести занятие по логике.

Ох… Даже не знаю что больше ненавижу, злосчастную математику или задачки по логике.

В них ничего не нужно решать. Они и без того заковыристые дальше некуда.

Лэйтон зачитал вслух задание, и я сразу ответил. Усмехнувшись легкостью, он полностью со мной согласился. Хотел было зачитывать следующую задачу, но вспомнил, что надо сравнить с правильным ответом из книжки. Заглянув туда, он рассмеялся и сказал, что неверно и велел думать дальше. Час я промучился и не решил. Все это время рыцарь для себя вычитывал другие задания, потом смотрел ответы и смеялся до слез.

По-моему, его веселило, что он сам их не мог решить. Там же все задания не абы какие, с подвохом.

Мои мучения закончила прибежавшая служанка Милли. Она сообщила, что пора ехать в храм.

– Никогда бы не подумал, что занятия окажутся такими утомительными. За полдня я умаялся больше, чем когда муштрую гвардейцев, – честно признался напоследок горе-учитель.

– Я бы тоже с радостью помахал мечом. Ненавижу задачки.

Сир подбодрил, пообещав, что я скоро справлюсь и с математикой, и с логикой, но что толку, даже если со всем справлюсь, благодаря Казифу Барси, без конца повторявшему, что математика меня любит, глупые циферки будут преследовать меня всю жизнь, пусть даже если я стану сильным воином и магом.

Вот среднему брату Алану повезло в жизни куда больше моего. Он у родителей, что называется, на подхвате. Ну и вроде как должен ежедневно заниматься воинскими тренировками и развитием магических способностей. Вот только, по-моему, он совершенно не занимается ни тем, ни другим.

И с него за вечное безделье никто особо не спрашивает. Он если и пытается что-то изобразить, лишь, когда дома отец. Стоит ему уехать и Алан тут же уходит в загулы. Хоть и знает, что потом отхватит, он все равно ничего поделать с собой не может.

– Рей, подождите, не спешите, – остановил мой порыв уходить Сир Лэйтон. – К завтрашнему дню попытайтесь разгадать загадку по логике и подумайте над тем вопросом, что я задал.