Третий сын

Попробуйте задуматься о достоинствах и недостатках тех людей, что вас окружают.

Я усмехнулся. Он серьезно думает, что я так глуп и буду с ним откровенничать по поводу родителей и братьев?

– О ваших достоинствах и недостатках тоже надо подумать?

– Конечно.

Странно, но я только сейчас догадался, почему рыцарь никогда не горел желанием со мной заниматься.

– Пожалуйста. Могу прямо сейчас ответить. Капитан приказал вам заниматься со мной по распоряжению мамы. Вы не хотите этого делать, но вынуждены подчиниться приказу.

Вы верны данной клятве. Это ваше достоинство. Ваш недостаток – это старые воспоминания. Вы не можете их забыть. Я подозреваю, когда-то у вас была семья, был сын. Что-то произошло и они погибли. Из-за этого вы не хотите со мной заниматься, – произнеся сказанное, мне лишь после этого пришло на ум, что не стоило высказывать рыцарю все, о чем подумалось, посему поспешил исправиться: – я искренне сочувствую вашей утрате. Когда-нибудь вы встретитесь с семьей в Мире избранных. А пока это не произошло, надо жить дальше. Если хотите, я могу попросить маму, чтобы она вас заменила.

Сир Лэйтон тяжело сглотнул. Мои слова его попросту сразили. Но старый воин быстро взял себя в руки.

– Я терял семью дважды. Не нужно ни о чем просить княгиню. Мы продолжим занятия завтра.

Глава 4

Милли помогла выбрать одежду для храма и предложила помочь ее надеть, пошутив, что я могу перепутать штаны с рубахой. Конечно, отказался. Еще чего не хватало. Она симпатичная девчонка. Это перед старухой Карлиной можно переодеваться сколько влезет.

 

Эх, жалко у нас из-за Алана больше не осталось в замке молодых девушек. Мама от всех отделалась. Милли пока держат, потому что слишком молодая. Ей только исполнилось шестнадцать. Еще немного и мама ее тоже спровадит. Мне Мили нравится. Она веселая. Будь моя воля, я бы никогда ее от нас не выгонял.

До храма идти минут пятнадцать, не больше, но мы с мамой всегда едем в закрытой карете в сопровождении десятка гвардейцев и сержанта. Мы только сели, мама тут же обняла меня и принялась гладить по голове.

Не отбрыкиваюсь. Все равно никто не видит. К тому же, в маленькой карете я со всех сторон зажат. В такие минуты самое время чего-нибудь выпросить. Вот только мне особо ничего не нужно.  

Хотя…

– Мам, ну сколько раз говорить, не приказывать прислуге меня укрывать теплым одеялом.

– А сколько раз тебе говорить на ночь закрывать балкон? Зашла, хотела разбудить тебя проводить отца, а у тебя холодина.