Пятый Посланник

            Почему я здесь? Зачем кому-то понадобилось выдергивать человека из нашего мира, наделять его грозным даром Джаду и забрасывать сюда без единого намека на то, что делать дальше?

            Проклятье.

            Если кто-то и знает хоть немного про это дерьмо, то только Амрит. Он уже поделился изрядным куском памяти, когда я спал… Может, сработает еще раз? Заглянуть внутрь себя, попытаться ухватить неведомо откуда взявшееся чужое сознание…

            Кажется, это называется «медитация».

 

            Какой-нибудь мастер кунг-фу наверняка уселся бы в немыслимую позу, но я предпочел отправиться в астральное путешествие с комфортом. То есть – лежа. Закрыл глаза, несколько раз глубоко вздохнул и попытался расслабиться. Заснуть даже под стук колес у меня, разумеется, не получилось, но все же через некоторое время я почти перестал чувствовать все, что происходило снаружи.

 

            Крохотная комнатушка Карны в вагоне поезда будто увеличилась, раздвигая стены и потолок в бесконечность… А потом и само тело осталось где-то далеко, выпуская меня…

            Куда?

            Темнота – поначалу неотличимая от той, что я видел, закрывая глаза – оживала. Я оказался среди бесконечной пустоты – и тут же почувствовал, что уже не один.

Теперь меня окружали фигуры. Четыре… кажется, четыре. Одна – худощавая и невысокая. Другая – огромная и косматая, чуть ли не в семь футов ростом… конечно же, если здесь длина вообще измеряется футами, а не сотнями миль. Третья – немногим ниже второй, но вытянутая, словно тень.

            И четвертая – совсем крохотная по сравнению с остальными. Изящная и хрупкая.

            - Кто вы? – едва слышно спросил я. – Я… Мне это снится?

            – Ты звал нас… Мы пришли по твоему желанию.

            Я так и не понял, кто из четверых мне ответил… Может быть, все сразу – странный голос шелестел со всех сторон одновременно. Фигуры не двигались, но я чувствовал на себе их взгляд. Не злобный, даже не любопытный – они вообще едва ли способны на подобные чувства. Все, что им осталось – лишь тени эмоций… Они и сами – лишь тени.