Неживой

Вот скажи, Вацлав Черногор, есть ли тут более достойный правитель? Скажи мне, Вацлав Черногор, как ты молиться будешь духам рода своего, если останешься бабой, которая отвернулась от страха к стене, в день скорбный и чёрный? Скажи мне, Вацлав Черногор, как ты будешь в старости, когда у тебя сил уже и не будет, умолять врагов, которые придут, не сжигать твои дома и не трогать родных твоих? Скажи мне, Вацлав Черногор, как можешь ты проявлять слабость?..

— Я не слабый! — процедил Вацлав и опустил от неё руки. — И чего ты предлагаешь? К ним на совет заявиться? Себя предложить? Засмеют меня.

Я чужак. Мне тут места нету.

— Засмеют. Не дадут тебе княжить. Надо силой взять. Как раньше было... Неужели не помните вы, неужели не слышали, неужели погибло в вас это?.. Твои предки не просили. Они брали. В тебе их кровь течёт, не селян. Та кровь, что снег топит и лед разбивает. Та кровь, что никогда не замерзает и в жилах от страха не стынет, а если и замерзает, то только цементом, что камни крепостей во льду меж собой крепит и тысячу лет держит.

Та кровь, которой не жалко землю родную удобрить. 

— Да…— улыбнулся ей Вацлав и успокоил тон. — Я тоже иногда мечтаю. О подвигах ратных и походах по морю. Да только нет у меня войска. Только дружина. Перебьют нас. Ничего не сделать тут. Нет больше бинордов, о которых ты читала.

— Не перебьют. Своих рыцарей тебе дам. Пять десятков. И дружину свою успеешь подвести.

—  Не смеши меня. Тут стражи городской только сотни две-три будет. А дружина Поморска с ополчением за тысячу перемахнёт.

— Тебе только дворяне останутся, да и их прихвостни. Не будет городской стражи и дружины. Они только Яриону и его семье присягали. Сейчас они без присяги. Никому ничего не должны. Я им скажу, чтоб в стороне постояли, пока нового князя не выберут. Брат на брата не пойду, а вот золото возьмут и в стороне постоят. 

— Ты змея! Они не тебя не… не… Нет. Тебя-то они может и послушают. Ты змея…

— Пусть так. Можешь меня в лихом винить. Злые мысли мне пришли, не тебе.

Но… так или иначе, три данности тебе дано, князь. Князем быть великим и народ защищать, трупом хладным в земле лежать или бороду сбрить по трусости. 

— Не бывать этому!

— Да, не бывать. Доверься мне, князь. Я, может, и змея, но твоя змея. Используй меня, как свой топор или лошадь. А потом избавься, разруби, выкинь. Так уж судьба повернулась. Не тебе от неё и от богов отворачиваться.

***

Князь вытащил из бороды красную ленточку и повязал её на запястье.