Снежный барс. Книга 1. Разбудить зверя.

— Как-то твой внешний вид не располагает к доверию. Ты больше похож на моба какого-нибудь.

В горле у Ксурфа забулькало. Встроенный переводчик, определил эмоцию веселья. На языке землян полуящер сейчас бы ржал как конь.

— Они и приняли меня за монс-стра. Вс-се вмес-сте напали и попытались оборвать. Пришлос-сь их немного ос-садить...

Паукообразные ноги зашуршали и затряслись. Живучесть стражей племен обеспечивала сильная регенерация. С треском встала на место очередная хитиновая пластина, и еще одна конечность обрела полную подвижность.

Такими темпами, через полчаса, мутант будет полностью здоров. Поскорей бы Барс закончил водные процедуры. Хоть до сих пор, отвечая на опросы, Ксурф не проявлял открытой враждебности. Видимо его сильно беспокоило выживание собственного племени.

— Так ч-что, вы реш-шили? — нетерпеливо прошипел паукообразный монстр. — С-соглашайтесь, или убейте уж-же меня. З-зач-чем я вам в таком с-сос-стоянии?

Он попробовал пошевелить единственной послушной конечностью. Двухметровое волосатое орудие убийства, увенчанная острейшим когтем, сгибалось и разгибалось.

На нижнем суставе крепилась пыльно-серая карта с золотой вышивкой.

— Не гони, — спокойно ответил Вася, — сейчас дождемся нашего и тогда обсудим.

— Ваш защитник что, умеет раз-зговаривать? — с сарказмом поинтересовался Ксурф. — Кажетс-ся он умеет только дратьс-ся.

— Можем и поговорить, — большой хищник бесшумно вышел из-за скульптуры.

Интересно, давно он тут стоит? Массивная фигура стояла на алтаре, подсвеченная рассеянным сиянием.

Свет играл на уже чистых, слипшихся от влаги шерстинках. Белая пятнистая шкура от любого движения перекатывалась, обтягивая каменные мышцы. По ногам стекали струйки воды, оставляя лужицы на камнях. Не обошлось и без обновки: локти и бедро украшали простые белые прямоугольники — невольный подарок Ксурфа.

Вместо вонючего, грязного, и косматого незнакомца, больше похожего на монстра, перед ними стоял готовый к бою могучий хищник.

Барс легким движением соскользнул с алтаря, встав на отрегенерированную конечность, и обернулся к племени.

— Я против союзов, — в его слова вплетались рычащие ноты. — У каждого теперь свой путь. Довериться полностью можно лишь племени, с которым вы навсегда связаны. Вы можете заключать какие угодно союзы, но если я замечу, что вы кого-то жалеете, то я оборву и вас и ваших союзничков. Так же думает и эта тварь.

Прижатая к земле лапа опять с хрустом треснула, а Ксурф бешено завращал глазами и зашипел.