Истребитель магов

- Там когда-то жили свободные люди, - тихо сказала женщина, - не хотевшие подчиняться родовитым.

            По лицу Харальда было ясно, что ему не совсем понятны некоторые слова, и Гуннар покачал головой, предвкушая вопросы, на которые придется ответить позже.

- Но кому-то из магов это не понравилось, - продолжала рассказ крестьянка. - И он погубил их всех. В одну ночь.

- А точно это сделал маг? - поинтересовался уже Гуннар. - Места там и так опасные.

- Больше некому, - вздохнула женщина.

- Они погибли так, что в этом не осталось сомнений. Я сама не видела, а вот свекор мой, он туда ходил. Пятнадцать лет тому назад это случилось.

- Целую деревню, в одну ночь, - прошептал Харальд, и лицо его закаменело.

- Спасибо, почтенная, - поклонился Гуннар, опасаясь, что воспитанник примется задавать новые вопросы.

            Едва вышли за околицу, Харальд раскрыл рот.

- А вот что... - успел сказать он, когда Гуннар прервал его.

- Не сейчас, - мягко сказал он.

- Вечером, на привале, спросишь про все что угодно. Ладно?

            Харальд вздохнул и ничего не сказал.

            Путешественники шагали на юго-восток, и за спинами их валилось за горизонт яркое майское солнце.

                                               ***

            У встреченного крестьянина расспросили о дорогах, и решив срезать, свернули в лес.

На осторожное замечание, что "недобрая там нынче чаща, ой, плохая" не обратили особого внимания.

            Меж запахов хвои и листвы, под пологом из ветвей, Харальд почувствовал себя увереннее. Местные чудеса, неведомые на севере и смущавшие душу, точно растворились, остались где-то там, за деревьями.

            И тем более странным показалось юноше, когда в старом дубняке, среди огромных стволов, неожиданно нахлынуло беспокойство.

- Там, впереди, - сказал Харальд, останавливаясь, - нечто опасное.

- Да с чего ты взял? - удивился Гуннар. - Зверь нам не страшен, люди - тем более, стихийных существ тут быть не должно...

            Но не слушая возражений, Харальд снял лук с плеча и дальше пустился охотничьим шагом. Его не услышал бы даже самый чуткий зверь, не говоря о человеке.