Истребитель магов

            Когда в глазах воинов появился дурной блеск, а лица раскраснелись, началось пение.

            Нестройные звуки вырывались из глоток, больше привыкших издавать яростный боевой рев, и Харальду хотелось зажать уши. Но молчать было неудобно, и юноша просто открывал рот, понимая, что в общем шуме и гаме никто не догадается об обмане. Наемники пели, и воздух полнился ароматами пива, пота и чеснока.

            Когда юноша ощутил, что он больше не в силах сдерживаться, тихонько выбрался из-за стола.

            Здесь было темно, далеко в вышине горели разноцветные огоньки звезд. Прохладный воздух, напоенный речной влагой, был упоительно чистым, приятно овевал разгоряченное лицо.

            Когда юноша возвращался, дверь с грохотом распахнулась, будто ее открыли пинком, и на пороге возник Авимелех.

            За ним в темноту выбрался Гуннар. Щеки его пылали багрянцем, а походка была какой-то вихляющейся, словно он пытался на ходу плясать. Заметив Харальда, бывший наемник прищурился и сказал:

- А, во-воспитанник. Пойдем с нами!

- Куда?

- В "Зеленую розу!" - вмешался в разговор Авимелех.

- А пить вы там больше не будете? - поинтересовался Харальд совершенно серьезно.

- Нет, - рыжеволосый наемник кивнул так, что ударился подбородком о грудь. - Ни в коем случае!

- Пойдем, - согласился юноша. Ему было интересно, куда, к каким девочкам могут пойти столь нетвердо стоящие на ногах мужчины. - А вещи наши как?

- Я договорился, - махнул рукой Гуннар. - Их унесли наверх, в комнату... Я заплатил.

            Они вышли со двора, миновали длинный проулок, в котором неприятно воняло чем-то кислым, и оказались перед двухэтажным строением, над высоченным крыльцом которого гостеприимно горел фонарь.

            Авимелех распахнул дверь и с трудом удержался от того, чтобы не упасть. Изрыгая проклятия по поводу кривых ступенек, он переступил порог. За ним вошел Гуннар. Харальд оказался последним.