Истребитель магов

Отдав деньги, наемники двинулись в город. Среди домов, на первый взгляд таких одинаковых, Харальд несколько растерялся. С ужасом подумал, что один никогда бы не нашел здесь дорогу. Сразу сильно захотелось домой ... 

            Улицы заполнял народ, богато и разно одетый, но суетливый и злобный на вид. Над толпой летели пронзительные голоса разносчиков. Плыли запахи нечистот, бегали собаки, какие-то маленькие, с затравленными взглядами.

- А вот рот, наверное, лучше закрыть, - посоветовал Авимелех, когда они проезжали мимо особенно богатого дома в три этажа, сложенного из камня.

            Наемники загоготали. Харальд, которому рукотворная пещера показалась настоящим чудом, смутился, и остаток пути проделал, опустив глаза.

            Под копытами лошади серыми горбами тянулась булыжная мостовая. Для жителя лесов - тоже диковинка, но грязная и покрытая пылью, и поэтому - не столь удивительная.

            Спешились путешественники около таверны, на вывеске которой было намалевано жуткое угольно-черное чудовище, более всего похожее на разжиревшую летучую мышь. В одной из лап оно держало кружку с белой шапкой пены, а глаза его были багровыми, точно угли.

- Спившийся демон, - сказал подошедший Гуннар. - Все как в старые добрые времена, только вывеска новая.

            Дверь распахнулась со скрипом, изнутри донеслись радостные, хоть и несколько нестройные возгласы.

Судя по ним, Авимелеха и его друзей здесь знали, и очень неплохо.

- Хозяин, пива! - рявкнул рыжеволосый наемник. - На всех!

            На Гуннара покосились как-то странно, словно на восставшего из могилы мертвеца, на Харальда никто не обратил особого внимания. Он оказался сидящим в уголке и старался не привлекать к себе внимание.

            Попойка шла такая, будто собравшиеся решили пропить весь мир.

Звучали здравицы, поименно за каждого из приехавших. Наемники пили, словно много дней странствовали по безводной местности и ели так, точно пережили месяц голодовки. Все, что приносил хозяин - мясо, рыба, исчезало со столов с удивительной скоростью.

            Харальд утолил первый голод и после этого лишь смотрел, как гуляют другие. К пиву он не прикоснулся.