Чудеса мира живых

 

Следом была Лана – Лань, как её звали все поголовно. Очень быстрая, но лёгкая. Поэтому после нескольких стремительных атак и контратак, Парр, не долго думая, пнул её в центр щита, подскочил к лежащей и обозначил укол в горло. 

Третьей выпало драться Ханне. 

Разогревшийся сержант сразу же взял быка за рога. Серия ударов вверх-вниз, вкупе с оттеснением к краю площадки, потом – стремительная атака несколькими ударами в голову – и финт. Ханна не купилась, ударив ребром щита по атакующему клинку, и, упав на колено, ткнула снизу в бедро.

Ну, почти в бедро. Нижний край сержантского щита, пусть с крохотным опозданием, рубанул по клинку, отбивая его вниз, и рукоять вывернулась из пальцев. Навершие ударилось в упругую землю, и меч рыбкой проскочил вперёд, куда-то под щит. 

Ханна опрокинулась назад, перекатилась и вскочила, держа щит за края двумя руками. 

Господин мастер-сержант упал на колени и замер. 

Ханна секунду промедлила, потом опустила своё единственное оружие, подошла и заглянула  за щит наставника.

Тот уже пытался подняться, но выражение его лица говорило о многом. Также о многом говорило и то, за какое место господин Парр держался, не оставляя попыток разогнуться. 

Ханна не выдержала и хихикнула. 

Парр что-то пискнул и откашлялся. Не помогло. Он откашлялся ещё раз, и встал наконец-то на ноги. 

- Хорошо, стажёр. – проговорил он. Голос его в начале фразы немного ушёл вверх, но быстро обрёл былую мощь.

 

- Господин сержант, благодарю вас. С вашего позволения, я покину занятие. – Лицо магистра Ордена Шиповника не выражало ничего, ровно так же, как и в начале визита. 

- Благодарю за присутствие. Разрешаю покинуть занятие. Отряд! Ста-ановись. Десятники – копья взять и в строй. 

Команда была выполнена безупречно. 

- Обезьяны! Упрись! Отжаться! И раз!

Считать господин мастер-сержант тоже умел, и даже больше, чем до ста.

 

За три недели до этого. Одиннадцать лиг к югу от тракта Кладень – Эсторк.

 

Высокие колеса повозки легко резали весеннюю грязь; и так же легко в ней увязали. Мулы, правда, без усилий волокли груз, и погонщику, развалившемуся в ленной позе на тюках, почти не приходилось прибегать к плети; да и все равно скорость была слишком мала, на такой-то дороге. 

Справа вдоль каравана, расбрасывая брызги из-под копыт, нёсся верховой.