Костяной Скульптор. Том 4

Так что, пусть попытки сокрытия детей от проверки и были довольно обычным явлением, столь кровавые порядки сохранялись в обществе эльфов уже многие тысячи лет.

Проверка Лиры, однако, пошла не по плану. После того, как её маленькое тельце было подхвачено зеленоватым свечением и поднято в воздух, не произошло ни кроваво-красной вспышки вполне очевидного худшего исхода, ни свидетельствовавшего об успешном окончании проверки затухания свечения.

Наоборот, сияние начало разрастаться и довольно быстро стало нестерпимо ярким, а после вокруг малышки сформировалось уже виденное мной иллюзорное дерево, правда, в тот раз куда меньшее по размерам.

Это она рассказала, естественно, с чужих слов.

Подобных случаев во всей истории эльфийского народа было от силы несколько десятков. Лира получила благословение самой природы, в человеческой церкви это бы приравняли к статусу святой. Фактически, так оно и было, с поправкой на силу, даровавшую своё одобрение.

С тех пор Лира видела своих настоящих родителей лишь пару раз.

Её опекуном стал король эльфов, а её учителями — лучшие из лучших эльфийских мастеров. И в полном соответствии со статусом “святой девы”, она показывала совершенно невероятные таланты как в изучении наук: истории, биологии, ботаники, медицины — всего того, что может понадобиться будущей опоре эльфийского общества, так и в воинском деле и, конечно же, в магии.

Те непонятные мне заклинания, что она применяла, я, и правда, не мог видеть больше нигде, поскольку подобным: смесью святой магии и магии жизни, во всём мире на данный момент владело лишь четверо, включая Лиру.

Ещё трое были такими же благословлёнными святыми, живущими в других таких же эльфийских анклавах по всему миру.

Помимо талантов и особой магии, Лира обладала также несколькими дополнительными привилегиями. Во-первых, невероятный дар. Даже несмотря на то, что девушка посвящала тренировкам далеко не всё своё время, а начались они лишь в возрасте десяти лет, она уже достигла человеческого уровня Воителя.

Во-вторых, то, чему я стал невольным свидетелем: самое настоящее воскрешение, магия, превосходящая любые возможности обычных магов. Правда, абсолютно бессмертной Лира не была, так как у каждого благословлённого было ограниченное количество таких вот “вторых шансов” и сколько именно, никто не мог сказать. Может, десяток или даже сотня, а может, всего парочка.

Этот конкретный раз стал для Лиры четвёртым.