Деревянный меч. Поиск пути

Кенету стало чуть легче дышать. Самую малость.

– Храбреца? – шепотом переспросил он.

– Только не говори мне, что ты не знал, что связался с человеком самого Инсанны, – скривился Санэ. – А для этого надо немало храбрости.

– Храбрости... – угрюмо процедил Кенет. – Надоел мне Инсанна, вот что.

– Ого, господин воин! – восхитился Санэ. – Самоуверенности у тебя, как я погляжу, хоть отбавляй.

Подобные слова должны были смутить Кенета еще больше, но получилось отчего-то наоборот.

– Надоел! – зло и решительно отрезал Кенет.

– Куда ни ткнись, с кем ни заговори, вечно Инсанна, Инсанна, Инсанна!

– Н-да, – протянул Санэ, пристально глядя на Кенета, – действительно, самоуверенность... Поневоле залюбуешься. Но я с тобой согласен, Кенет. Инсанна не может не надоесть. Мне он тоже надоел. Уже давно.

– Ты ему – тоже, – ответил Кенет в тон. – А для этого надо немало храбрости.

Санэ засмеялся дерзости юного воина, но смех у него вышел невеселый.

– Да нет, – возразил он. – Как раз для этого храбрости надо совсем немного.

Просто нелепый случай... хотя, может, и не случай. И не такой уж нелепый.

– Где же ты Инсанне дорожку перебежал? – спросил Кенет. Ему было очень любопытно. Не каждый же день встретишь человека, на которого сам Инсанна объявил охоту.

– Да говорят тебе, случай. Просто случай. Я случайно узнал его тайну.

– А смерть его в червячке, – задумчиво произнес Кенет слова детской сказки, – а червячок в яблоке...

Он еще не вполне оправился от смущения, и оно побуждало его дерзить.

Как ни странно, Санэ не обиделся.

– Примерно, – кивнул он. – Не совсем, но почти.

Кенета взяла оторопь.

– Сам понимаешь, Инсанне моей смерти желать – прямой резон. Раньше он меня среди мертвых числил, вот бы мне и не высовываться. Молодой был, горячий. Как же так – жить, да не петь? Вот и взялся за прежнее ремесло. А ремесло, сам знаешь, у всех на виду, от людей не укроешься. Долго ли Инсанне проведать, что я живой? Вот он и проведал.

Давненько я так по дорогам болтаюсь, а до сих пор никто по мою голову не являлся. Думал я уже, что обойдется... да вот не обошлось.

Кенет с невольным восхищением посмотрел на Санэ. Худое лицо сорокалетнего на вид певца выглядело совершенно спокойным.

– Расскажи, – замирающим шепотом попросил Кенет. – Или это секрет?

– А, – досадливо махнул рукой Санэ, – какой там секрет...

Все же секрет был, ибо Санэ рассказал Кенету свою историю отнюдь не целиком.