Земли чудовищ

Я встал, отряхнулся и сделал пару шагов навстречу Диме. Он шел ко мне, немного улыбался, что смутило. Впервые я видел у него такую улыбку.

Он распахнул руки, как будто хотел обнять. А потом мелькнул нож и вошел мне в живот.

— Я тут без тебя лучше справлюсь, — сказал Дмитрий напоследок, после чего провернул нож и оттолкнул меня.

Я сделал несколько шагов назад, не понимая, что происходит, и упал вниз. В колодец.

Глава 11. Выжить вопреки

Колодец был не идеально ровным.

Пустота приняла в свои объятья.

Я ощутил невесомость, от которой захватило дух и скрутило нутро, жгучесть ножа в животе отошла на второй план.

Две секунды свободного падения — и я ударяюсь со всей дури о выступ. Шок, дыхание выбито, едва осознаю, что падаю дальше. Удар о следующий выступ, и так пару раз, пока окончательно не сваливаюсь в пропасть.

За мгновение до этого пальцы зацепились за камень. Благодаря ударам о выступы, удалось затормозить, свободное падение превратилось в кувыркание, но всё равно скорость путешествия в сторону дна была слишком высока.

До жути не хотелось умирать, поэтому я бросил все остатки сил, пытаясь зацепиться в свой последний шанс. Пальцы обхватили камень, руку чуть не выдернуло. Я падал головой вниз, поэтому, когда зацепился, тело описало дугу. Это оказался последний уступ, та кромка, что отделяла остров от пустоты внизу. Жажда жить, сила в руках и инерция падения сделали своё черное дело — кромка хрустнула и отлетела, а я сделал полноценный кувырок и упал в бездну. ..

...Чтобы вцепиться во что-то.

Я пролетел вперед, думая, что падение продолжается, но потом меня повело назад и снова вперед. Так продолжалось долго, в какой-то момент удалось сообразить, что я раскачиваюсь на ветру. То, во что я вцепился, оказалось подобием корня. Я болтался на нем, держался одной рукой и раскачивался. Не успел до конца осознать произошедшее, как рука соскользнула, и я пролетел ещё метр вниз, успев вцепиться снова.

В кровь бухнуло столько адреналина, что меня и домкратом меня теперь было не отодрать.

Тело одеревенело и срослось с корнем.

Больше падать было некуда. Я висел на самом конце отростка, что торчал из скал.

Вдох, выдох, вдох, выдох.

Каждый вдох приходилось проталкивать, заставлять легкие работать. От падения выбило дух, ребра горели огнем, как и всё тело, вторая рука едва шевелилась. Положение — хуже не придумаешь.

Накатила злость и отчаяние. Взгляд помутнел. Но я цеплялся за жизнь, как только мог.