Божественный рассвет

После купания кожа юноши стала сиять белизной, а длинные волосы ниспадали иссиня-черным потоком по плечам и спине. В ночной мгле казалось, что у окна, укутанный в одеяло, сидит призрак измученного человека. Под глазами залегали тени усталости, щеки впали, а руки и ноги истощились, будто Цин Лун голодал многие месяцы.

Когда Бай Хуа вошел проверить своего учителя перед сном, он замер в ужасе, увидев исхудавшее, бледное тело. Юноша смотрел в окно, кутаясь в одеяло, пряча от посторонних глаз проклятую печать на груди.

— Смотри, до чего ты себя довел! — хмуро бросил Бог Земли указав на всего Цин Луна. — За телом смертного нужно хорошо ухаживать. Ты точно не голоден? Тебе заказать что-то еще?

— Я только поел, не нужно. — Ответил в пол оборота юноша, натянув на губы слабую улыбку. — Спасибо за заботу, но это лишнее. Отправляйся на Небеса и как следует отдохни. Завтра предстоит трудный день.

Бай Хуа бросил взгляд на чистую, не тронутую одежду и вышел, наказав управляющему таверной внимательно следить за его учителем, обеспечить хороший уход и сытный завтрак утром.

Оставив Среднее Царство, Бай Хуа поднялся на Небеса.

Небесные чертоги встретили его сиянием золотых куполов и сказочных дворцов из яшмы и мрамора, утопающих в волшебных садах. Пройдя через врата своей резиденции, Бай Хуа дал слугам знак не беспокоить его и сразу направился в кабинет для составления фальшивого отчета для Верховного Бога. Но стоило ему переступить порог просторного кабинета с большим столом и стеллажами с книгами и свитками, как он замер на месте: в кресле, лениво листая книгу, седел тот, для кого он шел писать отчет.

— Повелитель? — насторожился он, сложив перед собой руки, приветствуя Верховного Бога Тай У. — Что Вас сюда привело? Почему Вы не связались по духовной связи?

— И слушать, как ты мне лжешь? — усмехнулся Тай У, подняв на Бога Земли тяжелый взгляд.

Пусть Верховный правитель и отозвал распоряжение отыскать и наказать низвергнутого бога, его преданные духи по-прежнему внимательно приглядывали за ним.

— Повелитель, — Бай Хуа упал на колени, виновато опустив голову, — я виноват...

— Бай Хуа, не забывай, что Цин Лун и мой учитель тоже. — Верховный Бог поднялся, расправляя складки снежного одеяния с широкими рукавами и нахмурился. — Но он сам избрал свой путь, и просить его помощи оскорбление для меня и всего пантеона богов.