Ключ Гиброима

— Как давно они его видели? — быстро спросил Дарик.

— Этой ночью. Услышал топот и грохот и высунул нос за порог, — разбойник насмешливо фыркнул. — А когда увидел над собой всадника, с белым лицом, со-страху принял его за посланца Алала!

— Он был один? — Сагмира приподняла бровь.

— Феллахи клялись Всевышним. Один!

Сагмира махнула рукой, отпуская разведчика, и обернулась к остальным. Кроме Дарика при ней находились хмурый Багаутдин и три сотника. Сотники — бывшие рабы из пленных исариан, немолодые, закалённые вонами и испытанные пустыней.

Помимо веры с Сагмирой их объединяла ненависть к шаху и бохмичам. Раньше их было пять, но двое погибли в ночном штурме.

— Алялат один, — заговорила она, обращаясь сразу ко всем. — Но он опережает нас почти на день. И я не хочу, чтобы что-то помешало мне его изловить! Никаких случайностей и ошибок! Загоним его как волки оленя. Сделаем так…

***

Исайриты покидали Альмадин в огне и дыму. Горели дома между дворцом и морейским кварталом. По приказу Сагмиры были подожжены так же бетели и бараки рабов.

Никто не даже вспомнил, что в последних заперли несколько десятков уважаемых горожан, схваченных ради выкупа. Огню достались не только пленники. В костры летели дорогие ковры, рулоны шёлка, масла и бальзамы. Сагмира отдавала распоряжения, размахивая обнажённой саблей. Бандиты с ворчанием подчинялись. Открыто спорить и возражать ей не решился никто.

При выезде из ворот сотники пересчитывали воинство по головам. Выяснилось, что где-то на улицах пропало два десятка бандитов, но останавливаться и искать их не стали.

— Хотите потерять пятьсот дихремов ради кучки не прочистивших уши глупцов? — подгоняла Сагмира.

Дарик наблюдал и думал о своре шакалов, решивших отбить добычу у льва. Неважно сколько сородичей падут от когтей, важно, как сытно набьют брюхо оставшиеся.

За городом банда разделилась на две нервные части. Меньшая осталась с Сагмирой и Дариком, большая — повернула на запад, увозя в тайное логово захваченную в Альмадине добычу.

Сквозь поднятую копытами пыль к ним подъехал Багаутдин. Брови Сагмиры сползлись к переносице. В недобром молчании она махнула рукой, приказывая трогаться оставшимся с ней исайритам.

«Что-то случилось, — думал Дарик. — И серьёзное…»

Он съехал с дороги, остановился, настороженно посматривая на великана. Мимо нестройной колонной ехали исайриты. Поскрипывали сёдла, звенела сбруя, копыта глухо постукивали по каменистой земле.