Ключ Гиброима

Караван, шедший из Стан-дур-Апара в Альмадин, остановился. Атраванцев было под сотню. Рабы не считались — это были дикари из пустыни и захваченные в набегах тавантинцы, для которых встреча с земляками сулила свободу. Кто-то закричал, замахал руками, призывая выстроить из груженых верблюдов круг и укрыться за тюками с товаром. Кто-то разворачивался в сторону пустыни, нещадно нахлёстывая коней. Кто не надеялся убежать — садились на песок, склоняя в покорности головы.

Командир охраны Джавар по прозвищу Львиноголовый с молчаливым презрением посмотрел вслед бежавшим охранникам и сплюнул на горячий песок.

Рядом встал молодой воин на горячем скакуне, чем-то неуловимо похожий лицом на старого командира. Сабли обоих с шипением покинули ножны.

— Вай-уляй! — причитали купцы, молитвенно вскидывая руки к солнцу.— Что творите, безумцы?! Разве вы, вдвоём, можете победить эту силу? Вы только разозлите неверных!

— Лучше послушай их,— поддержал очень спокойный голос с акцентом.— Разве ты не видишь знамёна?

Джавар обернулся.

Увидел рядом мужчину в чёрном кафтане и пропитанном дорожной пылью плаще. Голову его венчал тюрбан, лицо почти полностью скрывал шелковый платок, лишь в небольшой щели блестели небесной голубизной глаза. Он был абсолютно спокоен. За его плечами в седлах держались трое людей из разных племен, среди которых особо выделялся уроженец далёкого Тьесса. Они нервничали, но тщательно старались это укрыть.

— Если тебе дорога жизнь, шауш, то слушай меня,— продолжал голубоглазый с акцентом.— Сложи оружие, слезь с коня и не вздумай сопротивляться.

Тогда они пощадят вас.

— Трусливые псы,— прошипел Джавар сквозь зубы.— Никто из вас не переживёт этот день. А теперь уйдите. Скоро мы с сыном ступим в сады Алуита!

Пришпорив коней, два безумца устремились на сверкающую сталью рать. Над тавантинцами взревел рог. Рыцарские ряды остались недвижимы — гордость претила им марать оружие о столь слабых врагов. Проходя сквозь их строй, вперёд ринулись кайраки — наёмники из Межевья[1], верхом на низкорослых лохматых конях.

Львиноголовый выбрал себе противника. Им стал самый резвый, чернявый конник в высоком войлочном колпаке и дешевом стёганом доспехе. Он взмахнул саблей, призвал Алуита на помощь. Кайрак вскинул лук. А через миг лавина всадников поглотила отчаянных храбрецов.

***

Кайраки с двух сторон обтекали сбившихся в кучу людей и верблюдов, пресекая возможное бегство. Кто-то не выдерживал, в азарте спускал тетиву. Стрелы влетали в толпу, быстро находя жертву.