Мрачное королевство. Честь мертвецов.

Смутное беспокойство закралось в голову, но я не придал этому значения. То, что потолок выглядит непривычно — еще ничего не значит.

Но спустя мгновение я обнаружил, что лежу в кровати под пуховым одеялом, и судя по ощущениям, рядом кто-то ко мне прижимается. Поглядев направо, увидел копну каштановых, слегка вьющихся волос, и девичье лицо, которое показалось мне смутно знакомым. Незнакомка мирно спала, чуть приоткрыв рот.

Сказать, что я удивился — значит промолчать. Мне стоило большого самообладания не подскочить на месте.

— Что происходит?.. — негромко пробормотал я себе под нос, попутно заглянув под одеяло. Ночной сорочки на мне не оказалось, как, впрочем, и на девушке, чье колено жарко прикасалось к моему бедру. — Вроде же не пил...

И только тут до меня дошло, что комната чересчур уж светлая. Резко сев в постели, я уставился в сторону окна. Сквозь приоткрытые ставни помещение заливал солнечный свет, а ветер играл с занавесками.

Тут-то я и запаниковал. Рванул из кровати, едва не споткнувшись о собственные ботинки.

Подбежал к двери, но та не поддалась. Начал дергать ручку с неистовством загнанного в угол зверя, а спустя минуту за спиной послышался заспанный голос:

— Уже проснулся, Петша? Но ведь... еще так рано! Чего вскочил?

Я медленно, словно в спину мне целились из арбалета, развернулся на голос. Определенно, я уже слышал это мелодичное сопрано. В «Графе Штефэнеску», мрачной придорожной гостинице, чьи комнаты и залы никогда не освещались дневным светом. Там, где случилось побоище с участием «светлых», и где я едва не погиб.

Это она! Та девушка!

Не знаю — может, задавать глупые вопросы в непонятных ситуациях заложено на генетическом уровне, но я неуверенно спросил:

— Ты кто?

Девушка скорчила умильную гримаску. Лежа на кровати, она подперла щеку ладонью и смотрела на меня с легким удивлением. Одеяло при этом не скрывало практически ничего. Я стыдливо потупил взгляд.

— Что с тобой, Петша? Ты не заболел?

— Я... я не понимаю! Что здесь происходит?

Глаза мои испуганно начали изучать комнату, которую я видел впервые в жизни.

Широкая кровать, два окна, комод из дерева и стекла, кресло, стол, а на нем — ваза с экзотическими фруктами, то ли яблоками, то ли бананами.

Не понимаю. Я ведь был в учреждении гремлинов! На площади Шестого ребра в Костяном городе, а там не бывает солнца! И эта девушка... как... когда я успел очутиться с нею в одной постели? Тем более что и знакомыми нас назвать едва ли можно.