Мрачное королевство. Честь мертвецов.

Перепуганное самообладание твердило, что таковым может являться кухня с ее толстыми кирпичными стенами. Что между очагами и котлами я определенно найду достойное убежище…

Волна черного пламени пронеслась над головой, заставляя ничком припасть к полу. Компанию веселых кобольтов, что мирно пили цуйку, в мгновение ока испепелило, а оконную раму вместе с частью стены вынесло взрывной волной. Тут-то я понял, что безопасных мест не существует. Нужно просто замереть на месте, выжидая, пока Падший разделает под орех «светлых» и… пусть мне повезет.

Но битва затягивалась, и я рискнул проследить за развитием событий. Два высоких «светлых», которые поначалу были приняты мною за эльфов, оказались серафимами, элитными воинами-магами, искусными в бою и, согласно многим легендам — неуязвимыми. Они синхронно теснили Дэнуца Нягу, и за скоростью их движений мой глаз попросту не успевал.

Неподалеку от них работал секирой гном, а его спину прикрывал рыжеволосый рыцарь. Дуболом верещал что-то возвышенное и отбивался сразу от троих оборотней.

К сожалению для него, за тылом он не следил, а потому не заметил как сзади подобрался Йонуц Лупу, мгновенно запустивший клыки здоровяку в шею. Другие случайные посетители также стали отходить от шока. Вскинула руки в защитном жесте ведьма Атанасиу, бросились в общую схватку орки, вспомнили, пусть и без охоты, о своем долге перед работодателями наемники.

Я тоже потихоньку возвращался в здравую память, но геройствовать не стал. К дьяволу! Моя работа состоит не в том, чтобы умерщвлять клиентов, а потому пусть сами разбираются! Хотят драться — пожалуйста! Мне бы, главное, выжить, а все остальное вторично.

Тем более что если в схватке участвует Дэнуц Нягу, то казна Ее Величества определенно оплатит ущерб…

Бабах!

Грохот мощнейшего взрыва разлетелся ударной волной, и мне показалось, что я попал в эпицентр землетрясения. А потом увидел, как на меня падает часть второго этажа, вместе с потолком, поперечными балками и люстрой.

Дико завопив, я прикрыл голову руками, прекрасно понимая, что это конец. Люди — слишком хрупкие существа, чтобы выдержать удар массой в несколько тонн. Но мне повезло вторично. Рядом находился дубовый стол, и кто-то втащил меня под это укрытие. Я же продолжал вопить, краем сознания понимая, что это не совсем мужское занятие.

— Тише, — услышал я успокаивающий голос, и тут же умолк. Из-за поднявшейся пыли я закашлялся, глаза слезились.