Всадники

Однако пафос его речей не разгорячил старейшину. Отвечал он так же сердито и почти равнодушно:

— Мы верим в Чистого. И потому мне не о чем с тобой говорить.

— Почему же тогда не идёте вы в лоно матери-церкви, создающей храмы истинного света и...

Взмахом руки, брезгливым и скупым, оборвал Дмиора старейшина.

— Ты видел Всадника, — повторил он. — Ты слышал баллады Эрэльриха о том, как вошли Всадники в наш мир. К чему пришли они в погоне за страстями безумной силы — любви ли, ненависти ли, веры ли?

— Веры? — удивился Дмиор.

— И веры. Страсти или властны, или не властны над нами.

— Я не понимаю, — сказал Дмиор.

— Не понимаешь? — удивился старейшина. — Или силишься не понять? Тогда я объясню тебе, как объяснил бы ребёнку. Где-то и когда-то, давно, Всадники были людьми. Но люди эти были одержимы чудовищной силы страстями. И теперь им суждено блуждать, искупая своё существование тоскою по человеческому. Они очень сильно верили. И очень сильно любили или ненавидели. И ты давно уже понял это. И понял, что страсть твоя к Богу порочна.

Место ей там, в холоде между мирами. Возможно, завтра мы все умрём. Но разве это повод для слез или радости? Солнце заходит и всходит, зерно умирает в земле, чтобы возродиться в колосе. Иди спать. И да будут с тобой твои молитвы, если они помогают тебе. Завтра нас ждёт трудный день.

Старейшина сгрёб угли в центр костра, завернулся в плащ из рыбьей кожи, и Дмиору не оставалось ничего иного, как тоже искать место для сна. Но ещё долго звучал в его ушах, пробиваясь сквозь дремоту, содрогающий сердце ритм.

Утро растеклось красным.

Войско Гражина выстроилось в видимости «веера» кочевников — широкого построения, удобного для быстрой атаки или внезапного наскока.

Трудно было кому-то первым перейти невидимую черту битвы.

Враги выкрикивали что-то насмешливое, но ветер, поднявшийся к утру, относил их слова. «Такой ветер, — думал Дмиор, — возможно, помешает и стрелам».

Вот по рядам кочевников прошло волнение — видно, вызывали воинов, которые решились бы выехать перед войском.

Но выбор что-то шёл вяло.

Рыбаков, как и ожидал Дмиор, вытолкали вперёд. Впрочем, дали телегу с трофейным оружием — разномастными мечами, щитами, копьями, связками дротиков. Однако почти никто из рыбаков оружия не взял. Они словно бы ждали чего-то, глядя на неровный вражеский строй.

И Дмиор тоже вперился взглядом, и вдруг... на миг ослеп, а потом увидел.

Увидел того же босоногого парня.

Он выскочил внезапно, как заяц порой выскакивает из-под копыт.