Робокол

Примитивная тетка все видела, хотя делала вид, что смотрит в свой монитор. 

Очевидно, что и Мио была не в восторге от свалившегося ей на голову иностранца. Юрист настойчиво пытался прояснить с ней вопросы, которые босс велел ни за что не раскрывать. Она только и повторяла:

— Седьмого мая вы сможете отбыть отсюда, седьмого мая! Подождите, пожалуйста, осталось совсем немного. У меня больше нет информации, я занимаюсь учетом финансов. Моя работа — учет финансов… 

Повторяя эти фразы по десять раз, Мио подчеркивала, что не желает распространяться ни о чем больше.

Могучей поддержкой ее неприкосновенности были две видеокамеры и возникающий каждые четверть часа такой же тощий, как и она, охранник. Когда тощий подходил, первый быстрый взгляд он бросал на Диму, второй, долгий, на Мио. При этом девушка, неотрывно смотрящая в экран, всегда совершала какое-нибудь нервное движение: то передергивала плечами, то поправляла очки, но чаще возила под столом ногами. Когда тощий поворачивался спиной и удалялся, взгляд Мио на мимолетную секунду поднимался над экраном и устремлялся в сторону уходящего. Нога снова шаркала.

На следующий день, когда тощего сменил хромой ветеран с проплешинами на голове, секретарше работалось спокойнее. Она обнаружила в своей почте вчерашнее распоряжение, испугалась, переключила все свое внимание на юриста и принялась просить извинения. Из сотен извинений, слышанных в судах, в лепетании Мио юрист распознал такое: я все поправлю, сделаю наилучшим образом, но и вы ничего не скажете, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! По рукам?!

Из такого извинения можно было извлечь еще какую пользу! Мио можно было раскрутить на дополнительные услуги, но не успел Дима придумать, что такого-эдакого испросить, как возник ветеран-охранник с папкой в руке.

Без слов и объяснений старик всучил папку пленнику, и тут Дима заметил, какой здоровенный, идущий вразрез с корпоративной этикой пистолет носит под мышкой этот дедушка. Ловкость, с которой он передал тяжелую папку, не оставляла сомнений, что так же хорошо ветеран управится и со стволом. Дед заинтриговал Диму, но Мио он был совсем не интересен. 

Чтобы еще раз взглянуть, не выпячивает ли такое ружье из-за бортов ветеранского пиджака, Дима громко произнес: 

— Мио, передайте мне два листа бумаги!

Ветеран мигом обернулся, и пиджак натянулся на его туловище — никаких выпуклостей заметно не было, будто, кроме рубашки, на своем теле старик ничего не носил.